– Я считаю это весьма вероятным, мистер Брайсон! Мы, семья вполне благополучная, давали своей дочери все, что нужно девочке её возраста, на наш разумный взгляд. Мортон, это мой муж и отец Сандры, хвала Господу, вернулся из Вьетнама живым и здоровым, сейчас у него хорошая работа в аэропорту, и у нас почти выплачен кредит за дом. Конечно, у нас случались и конфликты – Мортон иногда бывает излишне нервным, после того как его самолёт сбили над Ханоем, и весь экипаж попал в плен к вьетнамским коммунистам, их там били, пытали и грозились убить – и Сандра порой тоже позволяла себе неподобающее поведение, ну вы понимаете, возраст такой – но в целом у нас в семье были мир и согласие. К сожалению, Господь больше не послал нам детей, наша девочка была у нас единственным ребенком, и мы хотели вырастить из нее истинную леди. Возможно, мы были с ней иногда чрезмерно строги – но не более, чем в большинстве семей нашего круга, и наши претензии к ней были вполне в границах приличия – например, слова о том, что все, чем она пользуется, куплено на наши деньги. Мы вместе обедали, вели беседу на моральные темы, в воскресенье ходили в церковь, а после ездили на пикник. И в тот день ничто не предвещало беду – я послала ее в аптеку за успокоительным, это не больше чем на полчаса, а она так и не вернулась! Полиция искала, но ничего не нашла – сообщив, что, вероятно, Сандра сбежала, как это иногда бывает с подростками. Но очень странно, что она ничего не взяла с собой, ни вещей, ни денег. Зато я помню, как она за неделю до того рассказывала, что ходила на открытие той самой Церкви и как ей там понравилось, – что «эта новая Церковь, такой блеск – никакой скуки, а музыка, танцы!», и ещё намекала, что у нее там какой-то друг появился! Тогда я не могла и подумать плохое, на таких почтенных людей – если даже сам мэр был в числе прихожан. Но теперь, я боюсь, что мою бедную девочку так же похитили и зарезали на алтаре!
Кэтрин, ты сегодня в школу не пойдешь! Молчи и слушайся родителей! Что, «автобус от двери до двери, а черные кварталы далеко»? Да не ниггеров надо бояться, дура! Хотя да, для публики, они виноваты. Но у тебя в классе есть те, у кого родители – «христоносцы» из Новой Церкви? Ну вот, скажешь им не то, тебя после схватят и зарежут на алтаре! Читай сегодняшний «Регистр», там все написано. Дома посидишь, пока не уляжется. И черные правда, готовы взбунтоваться – нам только погрома не хватает.
Эй, черные парни, сегодня наш день! Когда наконец можно ходить по улице с гордо поднятой головой и не убегать в переулок, увидев копов! Мы не какая-то там банда, мы «черные пантеры», это круто! Почему пантеры? Запомни, парень, пантера первой на человека никогда не нападёт, если только какой-нибудь дуралей сам на её территорию не полезет, понял? Откуда знаю? Да, студентики какие-то из Дрейка в «Джунглях» зависали и говорили – а мне запомнилось. Надеюсь, почему пантера – чёрная – тебе объяснять не надо? Ты вон лучше, давай, бумажки зубри, что там нам «по закону» копам положено говорить…
Едем по Централ-авеню, вшестером набившись в старый «фордик», Джо дробовик держит, у остальных стволы в карманах. Из одежды – черные куртки или свитера, на головах черные береты или банданы, кто-то даже тёмные очки нацепил, как у джи-мэнов в кино – мы не бандиты, мы хорошие чёрные парни! Следим, чтобы наших братьев не обижали – а то сколько раз бывало, идешь один, никого не трогая, тут копы привяжутся, и в участок, а после в лучшем случае вышвырнут через пару часов, с пустыми карманами и битой мордой. А если тебе повезло заработать и у тебя с собой долларов двадцать – то сразу, «где ты это украл?». Хотя к белому, пусть даже самому никчемному – пристанут, лишь если он реально что-то совершил. А где в Библии сказано, что негр, это не человек, и таких же прав не имеет? Это только дьяволопоклонники-нацисты выдумали себе «нечеловеков» для битья – а в Америке свобода и справедливость должна быть для всех, правильно я говорю?!
Однако на голодное брюхо даже правым делом заниматься скучно. Вот дайнер[50] на пути – вваливаемся туда, для солидности всей толпой, при полном параде, несколько белых посетителей, вместе с чернокожей официанткой, спешат исчезнуть, а у белого типа за прилавком бледный вид. Да ты не бойся, мы не грабители, а за справедливость – что говоришь, ты тоже «за равные права»? Тогда не возражаешь, если мы вот это и это возьмем? Что, какие деньги – а сколько ты и такие же белые из нас крови выпили задаром? И мы вообще-то «при исполнении», так что, будь так любезен, сделай нам скидку – стопроцентную, ага, ты всё правильно понял! Джо, выходя, еще и прикладом в витрину двинул – вот веселье, стекло брызгами в стороны!
Гуляй, парни, – наш день! Когда ни одна белая сволочь нам слова поперек сказать не смеет!
