Дамблдор пожевал губу, посверлил декана Рейвенкло глазами в тщетной попытке приструнить, но деваться было некуда. Скрепя сердце, он кратко поведал прибывшим всю историю — от проступка Гарри с друзьями до наказания, которое пошло чудовищно не так.
— Альбус! — Спраут пришла в ужас. — Да вы в своём уме?! Первокурсников, одиннадцатилетних, с Хагридом… в лес, ночью! — от избытка чувств она, ахая, схватилась за голову.
— Ничего не должно было случиться, дети в этом возрасте уже вполне самостоятельные, — возразила МакГонагалл. — И чтобы выбрать правильную дорогу в жизни, им полезно знать, что в магическом мире тоже бывает зло.
Ах, вот как это называется! Северус, хранивший молчание с тех пор, как двое других деканов забрали всё внимание на себя, не мог не заметить оговорку Минервы. Выходит, малышню отправили в Запретный лес, так сказать, воочию познакомиться с врагом. Слава Мерлину, что Северус не был брезгливым человеком и никоим образом не выдал своих истинных чувств из-за прозвучавшего объяснения, потому что на самом деле он ощущал себя так, словно с головой окунулся в нечистоты. Поттера воспитывали… нет, не то слово, дрессировали в нужном ключе. Ловко срежиссировано, не подкопаешься. К единорогам все, относятся с большим пиететом, а для детей, особенно из магловских семей, эти волшебные твари — настоящий символ чудес, олицетворение величайшей силы магии. Что подумает ребёнок, когда столкнётся с колдуном, посмевшим убить столь прекрасное создание? Разумеется, возненавидит и воспылает желанием наказать убийцу. Самое то для мальчишки Поттера. Не следовало ещё забывать, что в Запретном лесу был и Драко: Дамблдор мог и надеяться, что, увидев зло так близко, Малфой-младший пожелает повторить судьбу Сириуса Блэка и пойдёт против своей семейки. Но тут, если Северус прав в своих предположениях, то директор очень серьёзно просчитался. Драко во всех смыслах был слишком Малфоем, чтобы так поступить.
Как же это всё мерзко! Пусть Малфой и не самый приятный ребёнок, но он, в первую очередь, ребёнок. Поттер, Грейнджер, Уизли — они должны были, конечно, понести наказание за свой поступок, однако их вместо этого проверяли и подталкивали к каким-то взглядам или мыслям. Против взрослого мага такое приемлемо, но не против же детей! Даже лорд не опускался до того, чтобы агитировать несмышлёнышей, а ведь так он собрал бы куда больше сторонников. Нет, вербовать слизеринцев начинали курса эдак с пятого, когда зачатки мозгов в головах уже потихоньку использовались по назначению. А Дамблдору, похоже, было всё равно, на кого он собирался влиять.
— Я категорически против того, чтобы эта история стала известна за пределами Хогвартса! — повысил голос Дамблдор.
Северус встрепенулся. Оказывается, пока он погрузился в свои мрачные мысли, дорогие коллеги успели чуть ли не переругаться между собой, как когда-то Основатели. Перепалка разом прекратилась, и трое деканов сидели, зыркая друг на друга неприязненными, полными невысказанных обвинений взглядами.
— Вполне возможно, что Северус прав, и Гарри Поттеру действительно ничего не угрожает, — продолжил директор, — тогда мы напрасно побеспокоим глубокоуважаемого господина Скримджера.
— Альбус, это Запретный лес! Туда даже взрослому магу опасно ходить в одиночку, а тут — ребёнок! — возразил Флитвик с яростью, которой Северус от него не ожидал. — Пускай это сам Гарри Поттер, чью силу мы и представить не можем. Я не могу сидеть сложа руки в то время, когда мальчику нужна помощь! Я себя никогда не прощу, если, не дай Мерлин, с ним что-то случилось!
Спраут, кивавшая на каждое его слово, добавила:
— Гарри один, о нём некому позаботиться, значит, мы должны действовать не только как преподаватели, но и как его семья. Если не мы, то кто же?
Не сдержавшись, Северус фыркнул. Семья, в самом деле? Насколько проще было бы жить, если бы для каждого сироты или таких детей, как он — сирот при живых родителях, профессора становились верной, дружной, любящей семьёй! Это только слова, что в Хогвартсе каждый найдёт приют. Высокопарные, в духе Гриффиндора, пустые слова. Кто-то, может, и будет здесь обласкан — кто-то из богатых или некогда именитых семей, кто-то, кто умеет подхалимничать и подлизываться, кто-то, кого сочтут полезными сами преподаватели. Но не каждый, далеко нет. Северус на своей шкуре знал это. Если бы в его ученичество Слагхорн… нет, не нужно ему такого отца, если бы Слагхорн хотя бы просто нормально исполнял свои обязанности декана, ни в каких Пожирателях смерти Северус не оказался бы. Только что тут скажешь? Что положено Юпитеру, то не положено быку. Кто — Северус Снейп, а кто — Гарри Поттер?
— Тебе смешно, Северус? — неверяще спросила Спраут.
— Вовсе нет. — Ссориться с ней в планы Северуса не входило, так что пришлось выкручиваться. — Поперхнулся.
