— Будет, такими-то темпами. Впрочем, лучше акцент, чем каша в мозгах, не так ли? Я от заморских коллег каких только эпитетов не наслушался в адрес наших бывших соотечественников. Очень красноречиво их это характеризует. Поэтому что бы тебе ни сказала мисс Грейнджер, не бери в голову. Ты поступал так, как было безопаснее для тебя. Никто не вправе требовать, чтобы ты жертвовал своим благом ради чьего-то. Что?..
— Спасибо.
Гарри улыбнулся. Вроде дядя Северус не сказал ничего нового, а ровно то, что Гарри и так знал, и его уверенность в этом после встречи с Гермионой не пошатнулась, но почему-то важно оказалось вновь услышать вслух подтверждение, что Гарри действовал правильно, откинув гриффиндорскую жертвенность. Однажды она, эта жертвенность, стоила ему родителей и чуть было не стоила учителя, наставника… части его семьи. А сколько могло бы ещё людей пострадать, останься Гарри в Англии и будь всё тем же недальновидным вспыльчивым идиотом, которым довольно-таки легко было управлять? Тем более, человеку уровня директора Хогвартса? Ведь он мог внушить Гарри всё, что угодно, сам же признавался, что планировал вырастить из Мальчика-Который-Выжил оружие, подчинив только одной цели — уничтожению Волдеморта. А получилось так, что, когда Гарри исчез, Аврорат и ДМП сами справились. По сути — просто исполнили свои прямые обязанности, и отсутствие национального героя им абсолютно не помешало. Так и напрашивается вопрос — а зачем Альбусу Дамблдору нужен был именно Гарри Поттер?
— За что?
— За то, что ты меня тогда вытащил из Хогвартса. За то, что не позволил вырасти полным идиотом и совершить кучу ошибок, о которых я… — Гарри задумался было, но уверенно продолжил, — нет, не сожалел бы, потому что не понимал бы, что натворил, что всё могло быть по-другому… Или сожалел, но считал, что другие виноваты. Гермиона пыталась сегодня заставить меня испытывать чувство вины. У неё не получилось, но я просто подумал потом, что было бы, если бы ты не спас меня из Запретного леса. Поэтому и спасибо. Ну, и за то, что ты сегодня пришёл ко мне. Для меня это… важно, правда.
Тот замер и медленно, очень медленно поставил на стол жестянку с чаем, которую всё-таки выкопал где-то в глубине шкафа. Его губы дрогнули, пытаясь сложиться в слабое подобие улыбки, он пытался с нею бороться, но всё же проиграл.
— Иди сюда, несносный ты ребёнок, — проворчал дядя, оборачиваясь. — Важно ему.
Тоже ответив улыбкой, Гарри подскочил и со всей силы стиснул его в объятиях. Моргнул — глаза почему-то защипало. Ну, не хватало ещё сейчас расчувствоваться и заплакать. Было с чего, всё же сумела Гермиона его зацепить и возвратить мыслями в прошлое, но… Гарри ни о чём не жалел и жалеть не будет. Гарри нравилась его жизнь и окружавшие его люди, которым он был по-настоящему важен, пусть даже когда-то давно казалось иначе. Поступки и время всё расставили по своим местам.
