Света сняла накидку и юбку и предстала передо мной в своём «первобытном» состоянии. В одежде она выглядела красивее, но без неё смотрелась мощнее и более хищно, не в последнюю очередь благодаря костяному гребню, обилию шипов на спине и двум парам уходящих кзади и кверху рогов. Я так и знал, что ничего, относящегося к первичным половым признакам, не увижу – всё закрыто чешуёй да металлом. Или, как вариант, отсутствовало вообще. Искусственному интеллекту вряд ли нужно иметь различные придатки для деторождения. Да и не хотел я ничего такого видеть. Что я, извращенец какой-то, что ли, чтобы смотреть куда ни попадя? Тем более, не у человека.
Вот только что-то всё равно тянуло к ней мой взгляд. И даже ясно, что именно тянуло – необычность и даже некая сказочность её внешнего вида. Стоит заметить, что движения Светы без стесняющего костюма были преисполнены определённой грациозности: её тело, хвост и крылья покачивались в такт движениям, многочисленные крепкие мускулы, видимые невооружённым глазом, напрягались и расслаблялись, её лапы ступали уверенно, с громким цокотом когтей по плитке. В растворе она, в отличие от меня, даже не подумала замедляться – шла, даже не замечая его плотности. Она была воистину красива, как и подобает существу, созданному могучим разумом высшего существа. Как итог, я засмотрелся.
«Вы смущены, товарищ Чудов» – сказал СЕКАЧ. В его роботизированном голосе послышалась то ли издёвка, то ли намёк.
«Разве? – спросил я. – Скорее удивлён тому, что в её движениях слишком заметна типично человеческая женственность. Взгляни, как она двигает бёдрами и передними лапами, как выпячивает грудь, как гордо поднимает голову. Чёрт возьми, прямо вижу это. У нас так многие женщины-госслужащие ходят…»
«Госслужащие не ходят на четвереньках» – справедливо заметил СЕКАЧ и словно бы усмехнулся.
«Так в том-то и дело, СЕКАЧ, что даже на четвереньках эта походка видна. Ты же, наверное, знаешь, что её придумали не ради того, чтобы совращать, а ради того, чтобы женщины могли чувствовать себя увереннее и здоровее. Как ты там говорил про Светлану Омарову? Управляющая времён колонизации и при этом член ССР? Эта мода как раз ими и была запущена».
«Так и есть» – ответил СЕКАЧ.
«Во-от, – протянул я, подумал с минуту, а затем сказал. – Слушай, что-то я совсем ничего не понимаю. Точнее, понимаю, но в голове это уложить никак не могу».
«Вы допускаете, что СВ-0М-Ж является той самой Светланой Омаровой, о которой я упоминал?» – задал наводящий вопрос СЕКАЧ.
«Допускаю, внезапно для себя. И при этом всё равно не оставляет ощущение, что это чушь. Ну не может быть такого…»
«В конце концов, вы можете спросить напрямую. Есть, конечно, вероятность, что о вас подумают не совсем хорошо, но она не столь велика».
«Что ж, ладно, я попробую».
Сидя в растворе и глядя на лежащую в нём же неподалёку от меня Свету, я всё никак не мог подобрать слов, с которых стоит начать разговор. СЕКАЧ посоветовал спросить сразу в лоб, но я решил начать издалека.
– Свет, сейчас я буду много вопросов задавать, ты же не против?
– Нет, конечно, – ответила Света, повернув ко мне голову. – Спрашивай, что хочешь.
– Каков смысл твоего существования? – таков был первый мой вопрос.
– Прямо вот так, сразу, значит? – спросила Света в ответ, усмехнувшись. – Хорошо. Отвечаю – служить Владимиру. Раньше. А сейчас – Евгению.
– А почему перешла на сторону последнего? – спросил я следом.
– Владимиру я стала не нужна уже через три года после моего создания, вот Евгений мне и предложил поработать на него, стать частью его большой семьи, – быстро ответила Света.
– Отчего так? – спросил я.
– Евгений – хороший дракон, человеколюбивый, – уже подумав, ответила она. – А Владимир – своенравный. С ним тяжело всё-таки мне было.
– А до своего создания ты была кем-то? – спрашивал я, подбираясь к сути.
– Была, конечно. Пустотой, – Света подмигнула. – Ой, это же большой секрет. Ха-ха!
Я решил действовать более напористо и через минуту спросил:
– А у тебя есть доступ к каким-нибудь архивам? Мне тут попалась некая Светлана Омарова – подозрительно похожая на тебя именем-фамилией женщина, участвовавшая в колонизации планеты Новомосковия, нашей нынешней столицы, и бывшая одной из управляющих. М? Что скажешь?
– А что я могу сказать? – спросила Света и пожала плечами. – Совпадение – не более. Сколько там сейчас в России миллиардов человек живёт? Думаю, ты не один десяток подобных мне Омаровых найдёшь. Не будешь же ты говорить, что я и они – это одно и то же лицо. Моё имя сделано из акронима, вот и всё.
«Ну вот, видишь, как она теперь на меня смотрит? – спросил я у СЕКАЧа. – Как на дурака какого-то…»
«Не согласен, этот взгляд обычно принадлежит тому, кого неожиданно разоблачили, – сказал СЕКАЧ. – Взгляните сами на брови, на губы…»
«Я не умею читать мимику дракона, – чуть раздражённо сказал я. – Особенно такую тонкую».
«Тогда остаётся поверить мне на слово, товарищ Чудов» – как ни в чём не бывало сказал СЕКАЧ.
«А ты, случаем, не преследуешь какую-то цель, пытаясь «разоблачить» Свету?» – спросил я с подозрительной интонацией.
