– Тьерри… – Рокси горько рассмеялась. – Как выяснилось, он тоже был лгунишкой, но гораздо гаже. – Она сделала еще глоток пива. – Мы приехали на большую виллу в местечке под названием Кап д’Агде, и там я с одного взгляда поняла, что он наврал с три короба. Это была не колония художников, а скорее коммуна хиппи. Куча обкуренного и обдолбанного народа слонялась туда-сюда. Среди них было несколько художников, но в основном – старичье, трахающее юных цыпочек. Я продержалась пару недель, потом сказала, что сваливаю. Тьерри давай меня отговаривать, мол, люди, с которыми я хотела познакомиться, уже в пути и мне нужно набраться терпения. Он все твердил: «Расслабься, Рокси…» – Она изобразила его акцент, но без тени юмора.
Казалось, она крепилась духом, чтобы продолжать.
– Как-то вечером появились музыканты, и пошла настоящая туса. Все танцевали – было весело… поначалу.
– Продолжай, – мягко подбодрила ее Шона.
– Ты меня знаешь, наркотики я не принимаю. Но думаю, мне что-то подмешали в выпивку. Голова вдруг закружилась, язык стал заплетаться, и ноги перестали слушаться. Я болтала с Тьерри и другими старыми чуваками, которые там были. Они казались нормальными, но половину того, что они говорили, я не понимала. Следующее, что я помню, – это как Тьерри сказал: «Приляг, дорогая, ты ведь устала, да?»
Я оперлась на него, чтобы подняться, и это было как-то неправильно – когда напьешься, чувствуешь себя иначе, а тут мне казалось, что я… беспомощная. Он отвел меня в какую-то комнату. Не в ту, в которой жили мы с ним, и там вроде бы уже кто-то был. Это мне смутно помнится.
Ее голос дрогнул. Шона видела, что Рокси трудно продолжать, поэтому она обняла ее одной рукой, в другой стиснула ее ладонь.
– Я лежала на кровати, и тут этот другой лег рядом и начал меня щупать. Мне хотелось заорать, но я не могла, голос не слушался. Потом он оказался на мне, и я, похоже, вырубилась. Следующее, что я помню, – это то, что я проснулась и одежды на мне не было. А этот другой спал рядом – он был старше Тьерри, с реденькими седыми волосами.
Она всхлипнула.
– О, Рокси, – Шона почувствовала, как по ее собственным щекам текут слезы.
– Шона, он изнасиловал меня, и Тьерри позволил ему это, – она глубоко вздохнула. – Я не раздумывая схватила вещи и умотала оттуда. Было еще рано, и никого поблизости не оказалось. Больше я их не видела.
– Рокси, мне так жаль. Их обоих убить мало.
– Но это еще не самое худшее. У меня задержка. Мне кажется, я беременна.
Обе замолчали. Как случилось, что путешествие, о котором они так мечтали, обернулось кошмаром? За что их лишили счастья? Сердце Шоны было разбито, но она знала, что боль пройдет. Теперь она должна была помочь Рокси.
– Что я могу сделать? – спросила она.
– Просто отвези меня домой.
– Конечно… и, что бы ни случилось, я буду рядом.
– Я знаю, Шона, я знаю…
Спустя восемь месяцев после помолвки София Константис и Деметриос Теодосис связали себя узами брака на частной церемонии в Афинах. София – одна из самых богатых наследниц в мире, которая унаследует миллионы своего отца, судового магната. До помолвки Деметриос считался одним из самых завидных холостяков Европы. Его имя связывают с рядом красавиц, включая модель Нормандию Шапель и актрису Брук Шилдс.
Из источника, близкого к паре,
Медовый месяц молодожены провели в Нью-Йорке, любимом городе счастливого супруга. На греческом острове Итос начато строительство нового крыла семейной виллы, куда молодые планируют переехать по завершении работ. «Они мечтают о прибавлении в семействе», – сообщает наш источник.
Шона посмотрела на зажатый в руке листок и сверила указанный там адрес с табличкой на стене у входа в здание. Дождь хлестал, она щурилась, пытаясь понять, туда ли они пришли, а затем кивнула.
– Это оно – агентство «Новая семья».
– Ты уверена, что место то самое? – обеспокоенно спросила Рокси.
Она сутулилась, стараясь, чтобы вода не текла за шиворот, но без особого успеха.
– Да, так сказано в письме.
– И мы действительно хотим это сделать?
– Давай зайдем. Какой смысл торчать на улице в такую непогоду? Так станет еще хуже.
Они поднялись по двум лестничным пролетам на обшарпанную площадку, покрытую потертым серым ковром. Там имелась единственная дверь, и они встали перед ней, глядя через стекло на женщину, сидевшую за маленьким столом.
Ее мышиные волосы были собраны в пучок, она оживленно болтала по телефону. Увидев их через стекло, она закончила разговор и сделала им знак.
– Нам сюда, – сказала Рокси и вошла первой, а Шона последовала за ней.
– Здравствуйте, дамы, ну и погодка, да? – В голосе женщины слышался сильный северный акцент. – Который день льет как из ведра. Чудо, что нас всех еще не смыло в канал! – Она рассмеялась, и от уголков ее глаз за стеклами очков побежали «лучики». – Слушаю вас.
