Это не сон, но я отказывалась верить реальности. Со мной что-то случилось… что-то страшное и кардинальное. Сначала я разорвала веревки, не до конца осознавая, как это сделала. Потом очень долго думала, как поступать дальше. Разрывалась между выбором: продолжать сидеть на стуле в надежде, что какой-то босс решит оставить меня в живых, или пытаться выбраться. В конце концов поняла, что попытка освободиться может еще больше ухудшить мое положение, если провалится. Села на стул, попробовала связать за спиной запястья или хотя бы просто закрепить веревку так, чтобы не было заметно, что я ее разорвала. Но ничего не получилось. Я дико разозлилась из-за этого — подорвалась со стула, схватила его и изо всех сил ударила им о дверь.
Стул погнулся, а на двери остались вмятины.
Я превратилась в какое-то чудовище, у которого отказывал мозг и в несколько раз увеличивалась сила из-за сильных эмоций. Я не хотела верить своим воспоминаниям. Мне уже казалось, что я была в лаборатории, надо мной ставили эксперименты, а потом заперли в этой бетонной клетке.
Только я осознавала свою безысходность, или злилась, или на меня накатывала волна страха, и кожа на руках вмиг краснела, нервы становились похожи на оголенные провода — прикоснитесь кто-нибудь ко мне, и я убью.
Совсем скоро после того как я вмазала стулом по двери, в комнату вбежали два охранника. Ну как вбежали… Один переступил порог, удивился тому, что не увидел меня в центре под лампой на стуле, и в следующую секунду зарылся носом в бетонный пол. Мои руки как-то сами с легкостью замахнулись погнутым стулом и водрузили его охраннику на голову. Со вторым вышло сложнее. Он несколько секунд не решался войти за коллегой, а я сгорала в нетерпении. Моя кровь превратилась будто в лаву и горела в жилах. Я показалась в дверном проеме со стулом наперевес, и у второго охранника застыл ужас в глазах, что меня несказанно порадовало.
Откуда-то появилось осознание превосходства над обычными людьми. Мужчина, выше меня на голову и шире в два-три раза, совершенно не внушал страх. Зато подогревал желание проверить одну теорию: действительно ли чем больше шкаф, тем громче падает? Этот, второй, был грузнее своего напарника и действительно громко упал, когда я запустила в него стулом.
Выскочила в полутемный коридор, вдоль которого тянулись двери, и бросилась в противоположную сторону от той, откуда послышался топот ног. Энергия уходила из тела, уступая место страху и растерянности. Все казалось сущим кошмаром.
Лео, пожалуйста… Обними меня крепко-крепко и разбуди. Мой любимый ангел, скажи: «Доброе утро, Майюнчик. Не хочешь мне помочь поотжиматься?» А я буду делать вид, что еще не проснулась. Буду притворяться до последнего, пока ты не заберешься под одеяло и не начнешь своими ловкими пальцами меня щекотать. Я рассмеюсь, стану бороться, вырываться, сброшу с себя одеяло и спрыгну с кровати, защищаясь подушкой. Увижу твою ясную улыбку и пойму, насколько чувствую себя счастливой, просыпаясь с тобой. Только разбуди меня, прошу…
Но, к сожалению, никто мои мольбы не слышал. И я была бодрой, как никогда прежде, пусть и мозг отказывался верить всему, что видел и чувствовал.
Я нашла какой-то туалет и спряталась в одной из кабинок, забравшись с ногами на крышку унитаза. Глянула на ладони — сейчас они были обычного, телесного цвета. В зеркало на себя было безумно страшно смотреть — боялась испугаться так же, как и тот второй охранник. Я хоть не убила этих двоих? Или это была не я?
Меня дико колотило, сердце нереально быстро металось в груди. Руки дрожали, я обхватила ими колени, стараясь хоть немного успокоиться, если это вообще возможно в такой ситуации. Совсем скоро меня начнут искать и, если найдут, по головке не погладят. Поэтому у меня оставался один путь — к свободе.
Только это слово всплыло в голове, пугающей силы энергия вновь собралась хлынуть по венам. Я плотно сомкнула веки, умоляя свои желания и эмоции угомониться. Стала стараться медленно глубоко дышать, считать до десяти, массировать кончиками пальцев кожу головы — как еще заставить себя успокоиться и побороть острую потребность разнести стену туалета выкорчеванным унитазом и бежать стремглав к дому, обгоняя машины?
Картины побега так ярко рисовались перед внутренним взором, будто я действительно могла это все сделать. Нет, нет, нет… Это все невозможно. Но как вырваться на свободу? Желательно не прибегая к помощи этой чертовщины, которая в меня вселилась.
Я боялась ее. Смертельно страшно ощущать нечто внутри себя — причем когда это нечто время от времени перенимает управление телом, точно штурвалом корабля.
Так, главное, не паниковать, не нервничать, не злиться, и все будет хорошо. Подождать, пока дрожь перестанет колотить тело и сердце прекратит сотрясать быстрыми мощными ударами грудную клетку, тихонько выбраться из укрытия и мышкой попробовать прошмыгнуть к выходу. Знать бы еще, где он.
