Гален подхватил меня под ягодицы, приподнял над полом, и я обвила мужчину ногами, ощутила его руку на внутренней стороне бёдер, прикосновение через влажное уже кружево белья. На удивление осторожная, неспешная ласка лишь раззадорила сильнее, обдала тело волной дрожи мучительно-сладкой, заставляющей сжиматься в ожидании большего. Я зашипела сквозь стиснутые зубы, почему-то четко понимая, что Гален улыбается самодовольно, и, выпустив клыки, в отместку прикусила несильно кожу на его шее.
— Я ведь тоже могу тебя укусить, — шепотом напомнила я. Запах воды не только проникал с каждым вдохом в лёгкие, но и в сознание, разливался туманом. — Мы тоже помечаем своих мужчин.
— Укуси, если не боишься, — в голосе Галена сплелись причудливо и лень небрежная, показная, и нотки щекочущие, подначивающие, и колючее предостережение, лишь усилившее желание надавить клыками на кожу, проколоть её, пуская кровь, оставляя свою метку.
Секундная возня с одеждой, и я не сдержала удовлетворённого вскрика, перехваченного губами Галена. Никогда раньше не думала, какое это упоительное блаженство — ощущать его внутри себя. Не просто какого-то там постороннего мужчину, а своего. Каждое его движение, каждый отклик собственного тела, желающего прижаться теснее, слиться в единое целое. Руки на бёдрах под задранной юбкой, неровное дыхание на лице, горячие поцелуи то на губах, то на шее. Напряжённые мышцы под моими пальцами, под плотной тканью пиджака и рубашки. Коктейль эмоций на двоих, крепкий, будто выпитый залпом натощак. Сквозь кисельную пелену чувств физических и эмпатических я едва расслышала тихие, острожные шаги за дверью.
Я дёрнулась, но останавливаться из-за возможных свидетелей Гален определённо не собирался, лишь накрыл мои губы своими, глуша мои стоны, слишком громкие вздохи. Неизвестный прошёл мимо до двери зала в конце коридора, вернулся к раздевалке, дёрнул ручку. Толчки стали чаще, резче, я стиснула руки и ноги — всё равно бессмертный, так что вряд ли удастся придушить ненароком, силу не рассчитав, — разрываясь между всколыхнувшимся страхом оказаться обнаруженной в объятиях учителя и нарастающим стремительно предчувствием наслаждения. Неурочный прохожий безуспешно дёрнул дверную ручку ещё раз, замер, явно прислушиваясь, и я вздрогнула, выгнулась, подхваченная яркой вспышкой оргазма, прикусив губу, чтобы хоть как-то сдержать стон. На несколько ослепительно-ярких мгновений, сумасшедших, словно в давешнем сне, мешающих в единое целое наши эмоции, я даже забыла, что за створкой кто-то есть, что вот-вот начнётся первый урок.
Действительно безумие страсти.
Звон колокола прозвучал будто по заказу и из-за двери донеслись торопливые удаляющиеся шаги. Кто-то из учениц?
Гален осторожно поставил меня на ноги, поправил мою и свою одежду. Мы даже не дёрнулись на мерный перезвон, мы словно застыли в своём мирке, маленьком, тёмном, где нет никого, кроме нас.
— Придётся позаниматься с тобой дополнительно, — губы коснулись моего виска. — Сегодня вечером у меня дома.
М-м, заманчивое предложение. Кровать. Или ванна. Или ковёр перед камином. Да что угодно, лишь бы не в общественном месте, практически при свидетелях. И вся ночь только наша.
— У меня ещё остались солёные огурцы.
— Это намёк? — усмехнулась я.
— Зависит от степени вашей испорченности, госпожа Альвернис, — ответил Гален насмешливо.
— Фу, господин Скай, где ваши манеры? — в тон мужчине парировала я. — За столько лет и даже веков можно было придумать приёмы и похитрее, чем сразу предлагать девушке огурцы.
— Ты первая их принесла.
Вроде у меня смена должна быть сегодня… Или нет.
— Сегодня бал, — вспомнила я с сожалением.
— Какой бал?
— У леди Дарро. Я и мои подруги-сирены должны показаться леди Дарро и если мы ей понравимся, то она будет нам покровительствовать в наших начинаниях. Мне, например, при поступлении в университет пригодится протекция высокородной леди положения старшей леди Дарро. Ну, ты понимаешь.
Гален отстранился от меня и наш тайный мирок на двоих рассыпался вдруг, возвращая нас в скучную, суровую реальность.
— Не хочу тебя расстраивать, Ева, но Вэйд тоже будет на этом балу и под ручку с Вивиан.
— Знаю.
— А Вэйд знает? — голос Галена донёсся от пола — кажется, мужчина присел на корточки, зашуршал чем-то.
— Нет ещё. Я… сегодня ему скажу, — и ещё о демоне. О привязке. И хорошо бы о наших отношениях с Галеном. Или если он уже признался собрату? — А… ты ведь не говорил Вэйду, что мы…
— Нет. А ты?
— Нет.
— Хорошо, — мне в руки сунули книгу, тетради и ручку. — Выходи первая, я выжду пару минут и выйду следом.
— Ты опоздаешь на урок.
— Мы уже опоздали, так что минутой раньше, минутой позже — какая разница?
