Под маской улыбки (ЛП) полностью

— Нет! — восклицаю я, испугавшись его ярости. — Она… Стейси Полт родила в прошлом году. Она всем рассказывала, что на зачатие ушёл практически год. Я ничего не рассказывала, клянусь.

Дэвид отпускает меня, и я делаю пару шагов назад, прижимая руку к груди.

Последние полгода мы занимаемся сексом каждый день, иногда даже дважды в день. Каждый отрицательный тест вгоняет Дэвид в ярость. Он бьёт меня об стены, кричит в лицо, что с моим «ущербным телом» что-то не так, раз я не беременею. Этот жестокий человек собирается стать отцом моего ребёнка. Нет. Нет. Это неправильно. Я прямо вижу, как Дэвид покрывает меня матом в присутствии нашего дитя. Как он бьёт меня или, что еще хуже, моего ребёнка.

Дэвид упирает руки в бёдра. Его прекрасные черты омрачены.

— Ты точно перестала принимать противозачаточные или врала мне всё это время?

Сердце бешено стучит, я отступаю назад, пока не упираюсь в ванну.

— Конечно же, я больше не пью таблетки, — говорю я успокаивающе, что только сильнее раздражает его.

Он достаёт из кармана брюк телефон и набирает чей-то номер.

— Запиши Каролину на приём к доктору Джанет Дентон. Как можно раньше. — Он отключается, больше ничего не сказав. Его помощник наверняка привык к подобным грубым приказам.

— Где таблетки? — Он открывает мои ящики. Косметика, ватные диски, расчёски, щётки и тампоны летят во все стороны.

— Послушай меня. Прошу. — Дэвид разворачивается с диким взглядом. Я съёживаюсь под халатом. — Ты не найдёшь таблетки, потому что я их выкинула.

Он презрительно фыркает.

— Если я узнаю, что ты ослушалась меня, а поверь, Каролина, я узнаю, и боже упаси…

Я ненавижу тебя. Ненавижу тебя. Ненавижу. Я следую всем правилам. Делаю всё, что в моих силах, чтобы соответствовать представлениям Дэвида об идеальной жене, а он по-прежнему использует меня, как боксёрскую грушу. Возможно, это конец нашего брака. Если я не могу забеременеть, Дэвид точно со мной расстанется, и я буду свободна. «И что тогда будешь делать?» — раздаётся тихий шёпот в моём подсознании. Мне некуда идти. Нет друзей, которые поддержат меня.

— Я схожу к врачу, — уступаю я. Дэвид выглядит победителем, а я словно глотаю разбитое стекло. Крошечные осколки ломают меня изнутри.

Через несколько дней я лежу в весьма уязвимой позиции в кресле гинеколога. Ноги широко раздвинуты, ступни в стременах, смотрю в потолок. Мой врач, которая просит называть её Джанет, осматривает меня изнутри, используя ультразвуковой зонд.

— Обычно мы ждём год перед тестом на фертильность, но твоя свекровь была нашей пациенткой много лет. Я рада стать частью планирования вашей семьи. Уверена, Джорджия была бы рада внуку, — говорит Джанет, наблюдая за экраном. Я вижу только смесь чёрных, белых и серых линий.

У Дэвида назначена встреча, поэтому я здесь одна. Я рада этому, потому что его напряжение только вызвало бы ненужный стресс.

Без предупреждения Джанет достаёт зонд из меня.

— Можете сесть, — бодро говорит она. Приподнявшись, я прижимаю бумажную робу ближе к телу, наблюдая, как она чистит инструменты и убирает в сторону мои образцы.

— У меня есть хорошая и плохая новость. С какой начать? — Она улыбается, но у меня пересыхает в горле.

— С хорошей, — хрипло говорю я.

— С вами всё в порядке, судя по осмотру и истории болезни. У Вас всегда были хорошие результаты анализов, ультразвук ничего не показал, Вы никогда не жаловались на здоровье. Я не вижу причин волноваться. Мы проведём несколько тестов и подтвердим подозрения, но я считаю, что ещё слишком рано беспокоиться о фертильности, — объясняет она.

У меня вырывается тяжёлый вздох.

— А плохая новость?

— Плохая новость в том, что на сегодняшний день я ничего сказать не могу.

Облегчение, растущее в груди, испаряется.

— Что я скажу мужу? — слабо спрашиваю я.

Щёлк. Джанет снимает перчатки и бросает их в один из биоконтейнеров. Она выдавливает на руки антибактериальный гель и растирает его. Затем садится на стул на колесиках и подъезжает ко мне. Берёт меня за руку.

— Гораздо сложнее забеременеть при высоком уровне стресса, — мягко произносит она. — Тело слишком занято, борясь с напряжением, чтобы зачать ребенка. Я советую вам с Дэвидом расслабиться. Съездите отдохнуть. Ведь это не работа. Насладитесь компанией мужа, ведь всё изменится, когда родится ребёнок. Если, и только в том случае, если через полгода вы не забеременеете, приходите на приём. Как я уже сказала, никаких причин для волнения я не заметила.

Если бы Джанет только знала. Попытки зачать ребёнка с Дэвидом становятся похожи на визит к стоматологу. Не хочешь, но знаешь, что надо.

— Не стоит записываться на приём за полгода. Никому не нужна такая негативная аура вокруг. Поговорим тогда, если не раньше. — Джанет подмигивает, и я заставляю себя улыбнуться. — Вопросы?

— Нет. Спасибо, Джанет, — глухо отвечаю я.

— Отлично. Если что-нибудь случится, звоните, — щебечет она.

Я ошеломлённо наблюдаю, как она встаёт и уходит. Какой доктор верит в негативную ауру вокруг? Разве это не полная противоположность научному знанию?