Я приезжаю на общественный пляж, куда ходила, когда училась в колледже. С этим простеньким место связано много хороших воспоминаний. Дора ходила сюда каждые выходные, и если я была свободна от учёбы и работы, то тусовалась с её друзьями. Будучи здесь я скучаю по Доре. После той кошмарной ссоры на благотворительном фестивале Морганов мы не разговариваем. Она не отвечала на звонки, и, в конце концов, я перестала звонить.
Попав на территорию пляжа, я снимаю босоножки и беру их в руки. Песчинки щекочут пальцы, пока я иду к воде. В полуметре от неё, звонит телефон.
Неизвестный номер. Только один человек может звонить мне.
— Алло.
— Ты что, возле океана? — бархатный голос Алека окутывает меня.
— Каковы ставки на эту информацию? — Шутка выходит неудачной.
С тех пор как я пыталась сбежать от Дэвида, он получил ещё больший контроль надо мной. Последние полгода он проверяет все мои смс-ки и звонки. Перед поездкой он предупредил, что следит за мной. Остатки моей уверенности испарились. Дэвид прав, сама я не справлюсь. У меня нет ничего, кроме него.
День за днём я погружаюсь в забытье. Но ребёнок, ох ребёночек, даёт мне новую цель.
Мне не стоит говорить сегодня с Алеком Кристосом. Или когда-либо ещё. Я пересекаю опасную черту, потому что если Дэвид узнает, что я подружилась с его врагом, для меня это закончится плохо. Но когда вижу его звонок, я вынуждена ответить. Алек напоминает мне о достоинстве и о том, что мне есть, что предложить. Алек верит в мой потенциал. Прямо сейчас мне нужен тот, кто считает меня достойной.
— Я хочу поужинать с тобой, если скажешь, где тебя найти, — отвечает Алек.
— Я на Кресент-Бич.
— Одна? — мягко спрашивает он, но я чувствую напряжение.
— Одна.
— Скоро стемнеет.
— Тут полно людей. Но я ценю твою заботу, — искренне произношу я.
— Кресент-бич возле Cabello’s. Встретимся там, через минут пятнадцать? — Я не перестаю смущаться. Этот сильный, напористый мужчина не давит на меня. Я не понимаю, почему он не принуждает меня, к чему захочет… но от этого меня только сильнее тянет к нему.
— Я бы поела.
— Хорошо. До встречи.
Войдя через десять минут в ресторан, я нахожу Алека, сидящим в нише у дальней стены. Когда наши взгляды пересекаются, он встаёт с улыбкой на лице.
— Ой, Каролина, ты сегодня сияешь, — бормочет он, когда я подхожу ближе.
Я отступаю на шаг. Было бы большим облегчением поделиться с кем-нибудь новостями, но Дэвид не знает, что у нас будет ребёнок. И когда я в последний раз заговорила с Алеком о ребёнке, он чуть не исчез из моей жизни. Несмотря на небольшое влечение к нему, он по-прежнему лишь друг. С притворной скромностью я улыбаюсь ему.
— Приятно слышать. — Мы не обнимаемся и не целуемся в знак приветствия. Для меня такие прикосновения равны нарушению границ. Какое оправдание у Алека я не знаю. Может, он не хочет меня касаться. Сердце немного сжимается от этой мысли.
— Правда.
Мы садимся напротив друг друга. Перед каждым лежит пластиковое меню, но мне оно без надобности.
— Мне нравится это заведение. Много лет здесь не была, — рассказываю я ему.
— Да, могу представить, что это не соответствует стандартам Морганов, — он произносит это с каким-то вынужденным легкомыслием. — Мне тоже здесь нравится.
Я жадно разглядываю его тёмные черты лица и саркастичный изгиб губ. Прошло много месяцев с нашей последней встречи и несколько недель с последнего разговора. Практически каждый день я проводила под гнётом правил Дэвида. Запертая в расписании, составленным им. Похоже, весь этот контроль окупился для моего мужа, ведь я беременна.
Молодая улыбающаяся официантка подходит к нашему столику, взгляд направлен на Алека.
— Что будете пить?
Алек по-прежнему сосредоточен на мне, не обращая ни капли внимания на кокетливую официантку.
— Мне, пожалуйста, холодный чай. — Я склоняю голову, наблюдая, как жадно она разглядывает прекрасные черты Алека. Я не виню её в желании. Даже я признаю, насколько он притягателен.
— «Ла Капитана». — Алек произносит название местного крафтового пива, не отрывая от меня взгляда. Понимая, что проигрывает, официантка раздражённо удаляется.
Алек барабанит пальцами по столешнице, осматривая меня. Наконец, он произносит:
— Ты сегодня какая-то другая.
Официантка возвращается, когда я хочу ответить, ставит напитки на стол и коротко спрашивает:
— Уже выбрали?
Алек кивает мне, и я первая делаю заказ. Как только официантка уходит, он откидывается на чёрную подушку, одной рукой по-прежнему небрежно выстукивая неизвестный ритм.
— Чему ты так радуешься?
