Я отвечаю полным решимости голосом.
— Я не передумала, Джаред. Все эти деньги мне не принадлежат. Их наличие вызовет ощущение привязанности к этому человеку, а я хочу оставить его в прошлом.
Конверт из манильской бумаги оказывается на столе, и он толкает его ко мне.
— По правде сказать, почти ничего и не осталось. Я бы не стал тратить время на поиск сберегательного счёта. Он не лгал, когда заявил, что денег нет. Хотя федералы и ищут оффшорные счета Дэвида. — Адвокат озадаченно качает головой. — Честно сказать, я не встречал такого бурного случая за все годы практики.
— Кому вы рассказываете, — бормочу я. Открыв конверт, я достаю из него документы с записями о счетах и вкладах. Поразительные цифры. Пока я считала, что мы живём по средствам, оказывается, счета почти опустели. — Я понятия не имела, что всё настолько плохо.
— Не забывайте про оффшорные счета, Каролина. Деньги есть, но он спрятал их, скорее всего из-за противозаконной деятельности «Морган Файненшл».
Я почти боюсь раскрыть ещё одно предательство Дэвида. И на этот раз, дело касается клиентов.
— Какого рода незаконная деятельность?
— Уверен, вы слышали про Берни Мейдоффа[13], — осторожно начинает Джаред.
У меня скручивает живот.
— Он украл так много?
— Клиентская база «Морган Файненшл» и близко не была такой большой, как портфолио Мейдоффа. Дэвид едва справлялся со схемой работы. Некоторые клиенты ставили отчёты по прибыли под сомнение и перевели деньги другим компаниям. Но он по-прежнему обещал крупные возвраты инвесторам. Как вы могли догадаться, он не мог выполнить обещания и для выплаты использовал инвестиции других клиентов. Кто-то сообщил властям, а остальную часть грустной истории мы уже слышали. — Смутившись, Джаред чешет за правым ухом.
— Жаль, не могу сказать, что удивлена. Если бы вы сейчас рассказали, что Дэвид ударил Санта-Клауса, я бы поверила. — Несмотря на серьёзность ситуации, мы с Джаредом обмениваемся улыбками.
— К сожалению, нужно обсудить кое-что ещё, — с ощутимым сожалением произносит он.
Сдерживая вздох, я прошу его продолжать.
На лице Джареда отражается тревога.
— Не хочу доставлять ещё больше плохих новостей, но как ваш адвокат считаю, что обязан рассказывать всё, что выяснил во время расследования.
Сердце уходит в пятки, а по спине бегут мурашки.
— Если всё и правда так ужасно, срывайте пластырь. Рассказывайте как есть.
На лице уравновешенного мужчины проскальзывает сомнение, но он быстро натягивает профессиональную маску.
— Две вещи. Я начну с наименее приятной.
Сложив руки на коленях, я с тревогой жду.
— Спустя сутки двое мужчин, работавших с Дэвидом, признались во всём следователям. О них больше не беспокойся. Остаток жизни они проведут за решёткой. Признание спасло их от смертной казни.
На фразе «смертная казнь» я громко сглатываю, отчего Джаред замолкает.
— Смертная казнь легализована во Флориде, — произносит он почти нежно.
— Никогда об этом не думала.
— И не нужно. Сейчас это возможность, а не факт. Не стоило упоминать об этом. Если, и только если, это станет проблемой, мы всё решим, — по-отечески произносит Джаред.
Закусив нижнюю губу, я киваю.
Джаред продолжает.
— Дэвид нанял Джордана Кокса и Виктора Эспансия, чтобы разыграть взлом с проникновением. Он не постыдился пригласить их домой, переодетыми в коммунальщиков, пока вас не было. Вам известно, что они отрубили электричество по всей улице, чтобы их не засекли камеры. Копы нашли лыжные маски и перчатки на входе в дом.
— Как они попали в дом? — перебиваю я, хотя уже догадываюсь об ответе.
— Одна из раздвижных стеклянных дверей не была заперта и приоткрыта, когда полиция осматривала дом.
— Что я не понимаю, так это как они планировали… избавиться от меня, не оставив следов? Дэвид не мог уйти невредимым. Было бы слишком очевидно, что он приложил руку к моему убийству. — По спине пробегает холодок. Притяжение ситуации спускает меня на землю. Я была на волосок от смерти. Меня охватывает ужас.
— В гараже нашли газовые баллоны. Они планировали взорвать дом. Выглядеть должно было как проникновение, ограбление и убийство. Деньги они должны были забрать из сейфов в доме? — Джаред выжидающе смотрит на меня.
— Возможно. Мне известно только об украшениях в шкафу. Дэвид никогда не рассказывал, что хранил в сейфе. — Я непривлекательно фыркаю. — Очевидно, он вообще ничего мне не рассказывал, тем более, какие секреты таил в доме. На сегодня пережитого мне хватит. Что-то ещё?
Изысканный адвокат натягивает самое профессиональное выражение лица и кивает.
— Подобного характера ничего. Проводя расследования, мы копались в документах на дом в Корал Гейблс, лодку, машины, членство в клубе — всё на его имя, Каролина. Очевидно, вся недвижимость принадлежит Дэвиду. Полагаю, вы сочтёте, что это хорошо, так как после развода вам ничего не будет принадлежать.
