Некоторое время женщина просто продолжала рассматривать меня с былой внимательностью, что заставляло мои чёрные глаза бегать из угла в угол.
– Извини, я забыла представиться, – заметила она, самокритично усмехнувшись. – Моё имя – Аделаида Вольф. Я являюсь законной предводительницей и главой этой общины, – добавила, особенно подчёркивая слово «законной». Я не совсем понимала, какой ответной реакции от меня ждут.
– Это… Круто.
– А тебя, на сколько мне известно, зовут Теодора, верно? – Аделаида не дождалась моего согласия. – Красивое имя. Означает «Божий дар». Я могу называть тебя просто Дора?
«Самая идиотская вариация моего имени из всех, что только можно было придумать.»
– Не стоит, – отрезала я. – лучше Тео.
– Хорошо, – Повисло неловкое молчание. – Тео. Тебе понравилась наша община?
– Как-то не успела понять.
– Знаешь, – Женщина приложила тонкий указательный палец к своим губам. Должно быть, она подбирала слова. – это необычное месте. Община скрыта ото всех, она не впускает любого желающего. Наш народ – это особые люди.
– Вроде гадалок и экстрасенсов?
– Если тебе так угодно… И всё-таки не совсем. – Аделаида начала водить рукой по пустоте, будто искала за что можно схватиться. – Видишь ли, это поселение существует уже очень много лет и состоит из целых поколений. Каждый дом принадлежит одной определённой семье, которая, в свою очередь, имеет хранителя…
– Хранителя?
– Да. Чаще всего в виде духа животного, но сейчас не о том.
– Получается, Деамайн… – на меня словно снизошло озарение, которое было невозможно передать вербальным путём.
– Именно так. Деамайн – хранитель твоей семьи. И был им ещё задолго до твоего рождения. Поэтому община и пропустила тебя. Ты такая же, как и мы. У тебя есть собственный дух, с которым ты можешь общаться. Но и это не всё…
– Общаться? – не сдержалась я. – С лисом?
– Понимаю, тебе сейчас трудно. Должно пройти время, чтобы ты привыкла.
На протяжении всего диалога я будто пребывала в лёгком трансе, и только сейчас ко мне начали возвращаться сознание и здравый рассудок. А вместе с ними пришла и настороженность.
– Вы чего-то недоговариваете.
– Верно, нет смысла затягивать с этим вопросом. – Предводительница общины расположила руки на уровне груди и сцепила их в прочный замок. – Видишь ли, таким как мы довольно опасно находиться во внешнем мире. Есть люди, которые ведут охоту за нами. Самый лучший вариант – это держаться всем вместе. Поэтому…
– Поэтому?
– Поэтому я бы хотела, чтобы ты осталась с нами. – В этот момент её слова окончательно потеряли для меня связь с реальностью.
– В смысле остаться с вами? Это какой-то бред. – Я вынула руки из карманов и недоумевающе развела ими.
– Должно быть, это, и впрямь, звучит безумно. Но тут есть дом семьи Мак-Кинли – твоей семьи. Он всегда примет тебя. Просто послушай… – женщина взяла одну из моих рук, но я моментально отдёрнула её и соскочила со стула.
Всё происходящее окончательно перестало внушать доверие. В голове вертелась одна пугающая мысль:
«Меня пытаются затащить в какую-то секту.»
– Я ничего не хочу слушать! Я просто хочу вернуться домой. В свой настоящий дом. Спасибо, конечно, что не дали мне помереть от холода на лесной поляне, но сейчас мне пора.
Не дожидаясь ответа, я практически бегом направилась к дверям. Напоследок услышала лишь:
– Моё предложение всегда будет в силе.
Оказавшись на улице, я сразу увидела Алисию, которая, по всей видимости, пыталась нас подслушать. После мне в глаза бросилось ещё несколько человек. Это были жители общины, которые сейчас смотрели на меня как на прокажённую. Им не хватало лишь вил с факелами.
Взгляды продолжали действовать на нервы. В какой-то момент я уже не смогла сдержаться.
– Да у вас у всех тут просто мозги промыты! Что вы делаете? Почему вы не можете жить как нормальные люди? Обыкновенное сборище сектантов! – За моей спиной послышались шаги. Это вышла Аделаида, но она нисколько меня не смутила. Я повернулась к ней. – А вы тут главная сектантка! И я не хочу иметь с вами ничего общего. Спасибо, за тёплый приём.
Никто так ничего мне и не ответил. Все просто стояли, выпучив глаза. И только у этой рыжеволосой женщины так и не дрогнул ни единый мускул на лице. Ждать было больше нечего.
Со своими последними словами я покинула общину и направилась в сторону города.
Прямиком через тёмный лес.
В моей больной голове сейчас могло бы парить безграничное количество неприличных ругательств, если бы только она не была слишком занята прохождением «квеста» под названием «Добраться домой до наступления темноты».
