– Пожалуйста, продолжай. Ты сказал, что в первый раз это вышло случайно.
– Да. Я почти умер – или на самом деле умер. Они так потом и не сошлись во мнениях. Но я ощутил себя мертвым. И это было самое умиротворенное состояние, которое я когда-либо испытывал. Я знал это. Я все об этом знал.
Юэн сделал паузу, чтобы глотнуть воды и перевести дух.
– А потом я смотрел на самого себя. Я стоял рядом и смотрел, как я лежу. Как в рассказах Хаззарда. Я смотрел на себя из ничего. Я был в двух местах. Я видел себя лежащим на полу в том жутком доме. Мои глаза были открыты, но совершенно пусты… Меня больше там не было. Я помню, что подумал тогда, какой я долговязый. Как будто я никогда не понимал, как выгляжу на самом деле. Это совсем не то же самое, что смотреть на себя в зеркало. Я выглядел… странно.
Я не ощущал себя тем телом, лежащим на полу, я ничего не чувствовал к нему. Но я все еще знал, что это был
В блаженстве от одного воспоминания об этом Юэн откинулся назад и прикрыл глаза.
– Это было едва уловимое, прекрасное ощущение. Я чувствовал себя влюбленным и любил, как никогда в жизни. Это приводило в совершенно небывалый восторг и было мощнее любого наркотика. Это была истинная радость. Я был свободен. Все закончилось – никакой борьбы. Я был полностью свободен сам от себя. И тем не менее я все понимал. Или я был на грани того, чтобы понять и… узнать все, инстинктивно и сразу. Это было как будто я стоял на пороге…
Я увидел, как один из тех двоих, с которыми я был, дотронулся до меня. Я хорошо видел его затылок. Я видел, как он тряс меня изо всей силы. Внезапно я упал вперед. Это было как споткнуться во сне, как соскользнуть со ступеньки, которую ты не заметил, или упасть, запутавшись в собственных ногах. Болезненный удар – и я очнулся, лежа на полу. Я снова был в этом теле, на которое только что смотрел со стороны. В моем теле. Эксперимент был завершен. Бесповоротно.
Я плакал оттого, что вернулся назад. Впервые в жизни мне хотелось умереть. Я жалел, что не умер. Вот так это случилось впервые, и это изменило всю мою жизнь. Это изменило все.
Себ понял, что, если бы не то, что он испытал за последние две недели, в рассказе Юэна не было бы ничего нового, ничего такого, что нельзя было бы объяснить действием наркотиков, или психическим заболеванием, или и тем и другим сразу.
– Впервые?
– Меня отвезли в больницу и продержали там несколько дней. Мне сделали анализы. Я был в очень плохом состоянии: диагноз – эпилепсия. До этого у меня были приступы, но ни один не был похож на этот. Я думаю, это произошло, потому что я годами использовал плохо очищенную дурь, вел разгульный образ жизни, ну и все такое, понимаешь? Но в больничной палате это случилось снова. Может быть, у меня был еще один припадок. Более легкий. Я не знаю.
Я очнулся, стоя около кровати. И вновь смотрел на себя. На этот раз все кончилось довольно быстро. Как только я понял, что происходит, я упал вперед и очнулся уже в собственном теле, лежа на кровати в большой мрачной комнате. Больничной палате. Но когда я стоял у кровати, комната была наполнена светом. Прекрасным мягким светом. Я видел все, что находилось в комнате, видел четко, во всех деталях. Позже до меня дошло, что светом был
Я знал, что со мной происходит что-то необычное. Оно не пугало меня. Совсем не пугало. После этого я не мог думать ни о чем другом. Как будто это был знак. Сообщение. Меня направляли, и моим новым предназначением было понять и научиться контролировать мой дар. Я умел делать нечто уникальное. Это было именно
– Когда это произошло?
– В 2010-м. Но еще до этого я видел знаки. Много знаков. Они говорили о том, что у меня есть право. Я могу перемещаться. Я думаю, поэзия проложила мне путь к познанию этого: музыка, наркотики, стиль жизни – то, как я жил, – само мое
– Ты научился… Чему? Управлять этим?
Юэн пожал плечами.
– Не совсем так. Ненадолго. Только до…
Он потянулся к стакану, не закончив предложение, и допил последние капли воды. Себ заподозрил, что он намеренно избегал ответа.
