Под палящим солнцем полностью

Ло, с огромными глазами и трясущейся в руках лопаткой, заглянула в могилу и завыла, тут же подхваченная Софи. Ильза поспешно шагнула вперед, привлекла девочек к себе и повела в дом.

– Но как же дерево? – Долетел до них голос Ло, визгом прорвавшийся сквозь рыдания. – Мы должны посадить дерево.

Ни слова не сказав, Лиз подняла брошенную лопатку и упала на колени. Она копала самозабвенно и быстро, прорезая рассыпчатую землю, взметая пыль, которая оседала на черной ткани ее платья. Ее горе было сырым, грубым и хаотичным, и Нэйтан видел, как люди смущенно отворачиваются. Акт погребения обрел вуайерестический оттенок, и вдруг он понял, что больше не может на это смотреть. Он взял другую лопатку и начал копать вместе с ней. Как только яма стала достаточного размера, Лиз схватила саженец, затолкала его внутрь и неряшливо закидала зернистой землей. «Дерево не выживет, – подумал Нэйтан – сажать надо было глубже, – но по крайней мере, это закончилось». Нэйтан встал и повлек Лиз в сторону дома, игнорируя вытаращившихся на них соседей, потом еще долго смотревших им вслед.

Часом позже Лиз уложили в ее затемненной спальне с помощью успокоительного, выданного Стивом, и Нэйтан обнаружил себя в дверях гостиной. Он никогда еще не видел столько людей в этой комнате, и несмотря на жару, кое-кто из толпы пробирался в коридор и на веранду. Все смущенно держались на почтительном расстоянии от картины Кэмерона, заметил Нэйтан.

– По крайней мере, ее никто не трогает, – услышал Нэйтан позади себя. Ильза смотрела мимо него на картину.

– Думаю, стоило ее снять.

Ильза нахмурилась.

– Нет, не на его похоронах. Люди бы о ней спрашивали. Наследие Кэма. Он хотел, чтобы она была здесь, на всеобщем обозрении. – Ее интонация была странной, но он никак не мог с ней определиться из-за шума.

– Баб сказал то же самое.

– Правда?

– В общих чертах. И мама.

– Они правы.

«Вероятно, так и было», – думал Нэйтан сейчас. Гости, может, и не решались подходить к картине, но все украдкой бросали на нее взгляды. С любопытством, но боясь выказать нездоровый интерес. Он увидел, как Кэйти с подносом сэндвичей протиснулась в дверь и сквозь толпу, но вместо того, чтобы раздавать их гостям, она бухнула поднос на стол и поспешила уйти.

Ильза смотрела на нее, прищурившись.

– Боже, до чего они никчемные. Оба, – пауза, – я могу их вышвырнуть, – внезапно добавила она, очевидно только что это поняв.

– Скорее всего, тебе и не придется. Кажется, они сами планируют уезжать.

– И все равно. Я могу, если захочу.

– Ну да, в принципе можешь.

Женщина в другом конце комнаты, рыжеватая блондинка с волосами до плеч, поймала взгляд Ильзы и слегка помахала ей рукой.

– А это кто? – спросил Нэйтан.

– Понятия не имею. Я думала, она машет тебе.

– Это вряд ли.

Женщина помахала снова, теперь с некоторым сомнением, и Ильза вздохнула.

– Думаю, придется все же пойти пообщаться с парой человек. Поговорим позже.

Нэйтан глотнул пива и смотрел, как она продирается к женщине в углу. Ильза протянула ей руку, и они обменялись парой слов, сильно наклоняясь друг к другу, чтобы что-нибудь расслышать в общей болтовне. Потом Ильза повернулась и указала на Нэйтана. Она сказала что-то еще, и женщина поблагодарила и направилась к нему, петляя, обходя людей.

– Нэйтан. Привет. Я, вообще-то, тебе махала, – произнесла женщина, едва оказавшись перед ним. Она смущенно улыбнулась. – Ты меня не помнишь? Ничего. Я Мелани. Бёртч Из Этертона.

– Мелани. – Нэйтан как мог напрягал память.

– Из Этертона?

– Ну была по крайней мере, какое-то время. И вот снова здесь. – Она натянуто посмеялась. – Не переживай. Я была на несколько лет младше, так что сомневаюсь, что ты меня тогда вообще замечал. Я дружила с Джеки, когда вы встречались.

– А. Да. Я не… – он все еще напрягался, но она по крайней мере улыбалась. – Мы с Джеки в разводе, так что…

– О. Я тоже развелась. – Она пожала плечами. – Городской парень. Не срослось, кто бы мог подумать, так что я отправилась путешествовать. Пару лет была на Западе, а теперь вернулась. Все еще работаю с лошадьми.

– Правильно. – Нэйтан, смог, наконец, смутно припомнить, что видел периодически на джимханах среди знакомых Джеки девочку: светлая, рыжеватый хвост, летом веснушки. Молодежи вокруг было, конечно, не так много, но все появлялись и исчезали поразительно быстро – уезжали учиться, работать, жить где-то еще. Он не был уверен, что вообще когда-нибудь знал, что она – Мелани, тогда он смотрел только на Джеки. Но Мелани была симпатичной, и тогда, и сейчас.

– Сочувствую по поводу вас с Джеки. Так жалко, я думала, у вас все получится. Вы были такой хорошей парой. – Она помедлила, будто решая, как много можно рассказывать, потом покосилась на него с улыбкой. – Мы чертовски ей завидовали, потому что вокруг были сплошные козлы и так мало хороших парней, а она так быстро тебя заграбастала. Она всегда рассказывала нам, как вам вдвоем весело и что ты ее всегда смешишь.