Те, в основном пришлые – принесённые в Нижний Новгород мутными потоками великой русской Смуты. Я, хоть не имею достоверной информации по каждому на своём компе, но почему-то уверен – они у нас надолго не задержатся…
Наши – местные: им здесь жить, учиться, работать и растить детей.
На многих заводах прошли митинги, по городу прошла демонстрация молодёжи, к которой присоединились и многие сторонние горожане. Участники её пели напечатанный в газетах «Антихулиганский гимн молодёжи»:
Демонстранты несли транспаранты и скандировали написанное на них:
– ХУЛИГАНСТВУ – НЕТ!!! ВАСЯ ПУПКИН – МЫ С ТОБОЙ!!!
Во главе демонстрантов все наши и, я среди них тоже – надрываю голосовые связки.
Вдруг, слышу сзади-сверху вместе с надвинувшейся на меня исполинской тенью:
– Слова «Гимна» – твои, Серафим?
Никак, Голованов? …Точно!
– Да, куда мне до народных поэтов! В газете напечатали – не читал, что ли?
Усмехается добродушной улыбкой великана:
– Опять скромничаешь?
Поздоровались за руку на ходу и представляю своим:
– Ребята, это – Александр Голованов! Александр, это – наши ульяновские ребята: Ефим, Кондрат, Елизавета…
Замечаю: Голованов, задержал ладонь Лизы в своей руке – несколько дольше положенного… Однако, всего лишь – «продолжения» не последовало.
– А это – Санька да Ванька… Или – Ванька да Санька, их и мать родная не различит. Хахаха!
– ХАХАХА!!!
После знакомства с Головановым, мнения ребят – после оценивающе-уважительных взглядов на его фигуру, было единодушным:
– Ну, теперь хулиганам точно – карачун!
Александр, пристроился рядом и зашагал, отобрав у кого-то из наших рейку транспаранта:
– Ты я, вижу – работу уже не ищешь…
– Был бы человек – работа на его шею отыщется! Как сам то?
Кратко рассказали друг другу некоторые – самые важные события, произошедшие в наших жизнях после расставания.
– Мама моя про тебя часто спрашивает… Куда, мол наш «скромный поэт» исчез?
– Передавай огромнейший привет уважаемой Вере Ивановне и скажи: как только появится возможность – тотчас предстану пред её очи!
Однако, хотя с Александром Головановым в разгар операции «Хулиганов нет» общаться приходилось довольно частенько – «предстать» перед его мамой, в тот раз была не судьба…
Вечером у меня на квартире собрались все наши. Наскоро накрыли «поляну», разрешил даже немного спиртного – чтоб отпраздновать начало карьеры Анисимова-младшего и Брата-Кондрата.
После поздравлений, я даю «установку»:
– Ефим! Запомни две вещи: советский бюрократ – постоянно должен быть бодр, трезв, мускулист, с крепко сжатыми «булками» и всегда готов к хорошенькой драке… Иначе, «подвинут».
Тот, по-юношески горячечно открещивается от такой – сомнительной по его мнению, «чести»:
– Я никогда не буду бюрократом, Серафим! Я…
– Не перебивай старших и никогда не говори «никогда»! Запомни второе: кругом тебя – чужие, враги – какой бы елей они тебе в уши не лили. Запомни как «отче наш» и заруби это себе на носу: доверять нельзя никому – чем выше лезешь, тем больше у тебя врагов…
Показываю на Брата-Кондрата, Мишку, Лизу, Саньку да Ваньку… И на Васю Пупкина:
– …Кроме своих ребят! Поэтому, не забывай про них, не забывай про команду – без которой ты быстро свернёшь себе шею. Ты – как лидер альпинистов: лезешь вверх – они тебя страхуют от падения в пропасть. Пока у тебя есть своя команда – ты всегда можешь однажды сорвавшись, начать всё заново. Нет команды: малейшая твоя оплошность и ты – ТРУП!!! Политический, а может быть и, самый натуральный – вонючий, разлагающийся и пожираемый белыми червями… Забрался на очередную отметку – подтягиваешь команду по одному к себе. И так до самой «вершины».
Ефим, немного не догоняет:
– «Вершина»…?! Это что?
– Это как горизонт: ты подходишь к нему – а он отодвигается. Ибо, конечная цель – ничто, само движение – вот смысл всего сущего в этой жизни. Пока мы куда-нибудь движемся – мы живы, мы из себя что-то представляем. Как только остановились почив на лаврах – мы обречены на смерть, тлен и забвение… Всё ясно?
Это не первый мой с ним разговор на эту тему – я медленно, но постоянно долбил в одну и тоже точку – как вода точащая камень. Но впервые я высказался так откровенно.
– Да! – твёрдо ответил Ефим Анисимов не отводя взгляда, – мне всё ясно, Серафим.
Обвожу глазами всех, стараясь по очереди заглянуть каждому в глаза:
