Олден медленно повернулся на ногах, которые внезапно почувствовали слабость. На его запястья надели наручники, а затем Делакорт профессионально проверил карманы его разминочных штанов. Карутерс стоял в дверях, наблюдая за улицей.
— Что, черт возьми, по-твоему, ты делаешь?
Олден повернулся к входной двери и снова вышел на холод.
— Вы арестованы, мистер Олден, - сказал Карутерс, когда они спускались по обледенелым ступеням на улицу.
— Какого хрена? В чем меня обвиняют?
— По четырем пунктам обвинения в несанкционированном раскрытии информации о национальной обороне и по четырем пунктам обвинения в несанкционированном хранении информации о национальной обороне.
Олден быстро подсчитал это в уме. Ему грозило более тридцати лет за решеткой.
— Чушь собачья! Говорю вам : это чушь собачья!
— Да, сэр, - сказал Карутерс, кладя руку на голову Олдена и усаживая его на заднее сиденье "Крайслера". Делакорт уже сел за руль.
Чарльз Олден сказал:
— Райан! Это дело рук Райана! Я понимаю. Охота на ведьм началась, верно?
— Я не знаю, сэр, - сказал Карутерс, и "Крайслер" поехал в сторону центра города.
В тот же день Джудит Кокрейн покинула свой отель в Пуэбло, штат Колорадо, в половине десятого утра и отправилась в привычную поездку в федеральную тюрьму Флоренс.
Её клиента, наконец, снимут со Специальных административных мер и переведут в лучшее учреждение на Восточном побережье; они еще не сказали ей, где именно, по соображениям безопасности, но она знала, что это будет где-то в округе Коламбия, так что это будет недалеко от ее дома.
Без САМ Саиф Рахман Ясин мог бы сидеть с ней в комнате, пока они вместе работали над его делом, рядом за столом. Иногда там присутствовали другие адвокаты, и постоянно присутствовала охрана, но это было хоть какое-то уединение, и Джудит Кокрейн некоторое время ни о чем другом не думала.
Жаль, что супружеские визиты будут запрещены. Джуди улыбнулась, когда эта мысль пришла ей в голову.
Ну, девушка ведь может помечтать, не так ли?
Взятая напрокат машина начала издавать странный шум, которого она раньше не слышала.
— Черт возьми, - сказала она, когда звук становился все громче и громче. Это был глухой удар, а она вообще не разбиралась в машинах, кроме того, куда нажимать на газ.
Когда звук стал еще громче, она сбавила скорость. Вся дорога была в ее распоряжении, и вокруг не было ничего, кроме плоской местности и огромных гор далеко на западе. Она решила съехать на обочину, но как только начала это делать, ее напугала огромная тень, промелькнувшая над ее машиной.
Затем она увидела это: большой черный вертолёт пронесся прямо над головой, пролетел по дороге еще сотню ярдов, а затем повернул боком, преграждая ей путь.
Она остановила арендованную машину посреди дороги.
Вертолёт приземлился, и из него выскочили люди с оружием, подбежали к ней с направленными на нее пистолетами, и когда они подошли ближе, она услышала их крики.
Её вытащили из машины, развернули и толкнули на капот. Ей раздвинули ноги и обыскали.
— Что вам нужно?
— Джудит Кокрейн, вы арестованы.
— По какому, мать вашу, обвинению?
— Шпионаж, мисс Кокрейн.
— О, это просто смешно! Завтра утром я потащу каждого из вас к судье, и вашей дерьмовой карьере придет конец!
— Да, мэм.
Джудит закричала на полицейских и потребовала номера их значков, но они ее проигнорировали. На неё надели наручники, а она назвала их фашистами, роботами и паразитами и сукиными сынами, пока её тащили к вертолету и помогали подняться на борт.
Она все еще кричала, когда вертолёт взлетел, повернул на восток и скрылся из виду.
Какое-то время она не будет знать о том, что это Пол Ласка заложил её в попытке спастись.
<Впервые за несколько месяцев эмир вдохнул в легкие свежий воздух. Было темно, когда его вывели из тюрьмы Флоренс и усадили на заднее сиденье фургона Тюремного бюро. Сильный снегопад еще больше закрыл ему обзор.
Он с нетерпением ждал этого дня в течение нескольких месяцев, с тех пор как Джуди Кокрейн пообещала ему, что вытащит его из крошечной камеры и переведет в федеральную тюрьму недалеко от Вашингтона. Тюрьму, где он мог бы заниматься спортом, смотреть телевизор, иметь больше книг и доступ к другим членам своей защиты, которые помогли бы ему бороться с администрацией Райана.
Когда фургон въезжал на территорию небольшого аэропорта, эмир подавил улыбку. Следующий этап его пленения станет следующим этапом в его стремлении нанести ущерб неверным. Джуди сказала ему, что он получит время в суде, и у него будет шанс сказать все, что он захочет. Сначала ему было приказано не говорить ни слова о своем пленении, но теперь Джуди поощряла его говорить как можно громче и как можно чаще об обстоятельствах его похищения американцами. Хотя его схватили в Соединенных Штатах, он намеревался немного изменить свою историю - он столько раз рассказывал ее Джуди, что теперь и сам почти поверил, - что его схватили на улице в Эр-Рияде.
Джуди поверила в это; этот толстый дурак поверит во что угодно.
