— Я не собираюсь говорить о своем питании. Это халяль, это разрешено мусульманину. В остальном меня это не волнует.
Кокрейн вздохнула, но она поняла, что он все еще смотрит на рисунки. Вопреки себе, она спросила:
— Они из ЦРУ? Военные? Они сказали вам, на кого они работали?
— Они не сказали мне. Я предполагаю, что они в вашем Центральном Разведывательном Управлении, но мне нужно, чтобы вы это выяснили.
— Я не могу это выяснить.
— Вы можете показывать людям эти изображения. Были и другие, но этих четырех я запомнил лучше всего. Старый, который командовал, молодой, который стрелял в меня, невысокий иностранец с жестким взглядом и молодой с короткой стрижкой. Там был еще один тип, мужчина с бородой, но я не был удовлетворен его изображением.
Со всеми остальными людьми, с которыми я вступал в контакт после этих мужчин, либо я был в капюшоне, либо они были в масках. Я не видел никаких лиц с тех пор, как увидел эти лица здесь. Пока не увидел ваше.
Он снова поднял рисунки.
— Эти люди запечатлелись в моей памяти. Я никогда их не забуду.
Кокрейн хотела получить его информацию. Будь проклято соглашение, которое она заключила с Джастисом.
— Хорошо, - сказала она. — Слушайте внимательно. Я работаю над тем, чтобы открыть прорезь для обмена документами. Я не смогу уйти ни с чем, так что, может быть, я смогу взять с собой кальку в кармане или что-нибудь еще. Я могу обвести ваши рисунки и затем вернуть их вам.
Эмир сказал:
— Я поработаю над ними еще немного и добавлю некоторые детали письменно. Рост, возраст, все, что я могу вспомнить.
— Хорошо. Я не знаю, что я буду делать с этой информацией, но есть кое-кто, у кого я могу спросить.
— Ты - моя единственная надежда, Джудит.
— Пожалуйста, зовите меня Джуди.
— Джуди. Мне это нравится.
Джуди Кокрейн снова посмотрела на четыре листка белой бумаги. Она никак не могла знать, что смотрит в лица Джека Райана-младшего, Доминика Карузо, Доминго Чавеса и Джона Кларка.
Жизнь в Хендли Ассошиэйтс возвращалась в нормальное русло после операции в Париже. Большинство сотрудников пришло к восьми. Краткое совещание в конференц-зале в девять, затем все возвращаются за свои рабочие места, чтобы провести день за расследованиями, анализом, ловлей рыбы в мутных водах кибермира в поисках врагов государства, которые там скрываются.
Аналитики просеяли свои каналы трафика, применили анализ шаблонов и ссылок к данным, надеясь раскрыть какую-то важную информацию, которую официальные разведывательные сообщества Америки упустили, или использовать какие-то разведданные американской разведки так, как не смогли чрезмерно бюрократические ведомства.
Оперативники проводили свои дни, тестируя оборудование для полевых работ, обучаясь и анализируя результаты в поисках потенциальных операций.
Через две недели после парижской операции Джерри Хендли вошел в конференц-зал с опозданием на пятнадцать минут. Его ключевые оперативники и аналитики, а также Сэм Грейнджер, директор по операциям, уже были там. Когда он появился, все собравшиеся потягивали кофе и болтали.
— Интересная новость. Мне только что неожиданно позвонил Найджел Эмблинг.
— Кто? - спросил Дрисколл.
Чавез сказал:
— Парень в прошлом из МИ-6 в Пешаваре, Пакистан.
Теперь Дрисколл вспомнил.
— Верно. Он помог вам с Джоном в прошлом году, когда вы выслеживали эмира.
Кларк сказал:
— Это верно. Мэри Пэт Фоули навела нас на него.
Хендли кивнул.
— Но теперь он направляется прямо к нам и приводит интересную зацепку. У него есть источник в УМР. Майор, который подозревает, что готовится переворот. Он хочет помочь западным державам остановить это.
— Черт, - пробормотал Карузо.
— И как вы думаете, кто из майоров лучше всех догадывается о том, кто стоит за этим переворотом? Мужчины за столом переглянулись. Наконец Джек сказал:
— Рехан?
— Ты понял.
Чавез присвистнул.
— И почему этот майор рассказал об этом Эмблингу? Очевидно, он знает, что Найджел шпион?
— Знает или подозревает. Проблема Найджела в том, что он нешпион. Больше нет. МИ-6 его не слушает, и он боится, что ЦРУ сковано политикой администрации Келти.
— Добро пожаловать в наш мир, - пробормотал Дом Карузо.
Джерри улыбнулся, но сказал:
— Итак, Найджел вернулся к Мэри Пэт и сказал: "Я хочу поговорить с теми ребятами, с которыми я встречался в прошлом году".
— Когда мы отправляемся? - спросил Кларк.
Джерри покачал головой.
— Джон, я хочу, чтобы ты взял еще пару недель отпуска, прежде чем вернешься к полевой работе.
Кларк пожал плечами.
— Эй, это, конечно, твое дело, но я готов идти.
Чавез не согласился.
— Ты быстро поправляешься, но с огнестрельным ранением связываться не стоит. Тебе лучше остаться здесь. Раневая инфекция очень быстро вывела бы тебя из активного состава.
Кларк сказал:
— Ребята, я слишком стар, чтобы нести вам какую-то мужественную чушь о том, какой я неимоверно крутой. Рана отекла и болит. Но я чертовски уверен, что достаточно здоров, чтобы слетать в Пешавар и выпить чаю с Эмблингом и его новым другом.
Но Сэм Грейнджер ясно дал понять, что этот вопрос не подлежит обсуждению.
