Я улыбаюсь, подхватывая с пола футболку, и прикрываю тканью свое обнаженное тело, а потом замираю, обернувшись к Эзре. Вглядываюсь в его темный силуэт и понимаю, что этот мужчина делает со мной невероятные вещи, которые еще вчера я считала невозможными. Он вселяет в меня надежду. Он наделяет меня верой и силой и указывает правильный путь, а если я оступлюсь – он обязательно удержит и спасет от падения. Я знаю. Я верю в это.
– Моя жизнь, – мысли в голове обретают звук и заставляют Эзру повернуться на мой голос. – Всегда казалась мне затяжным прыжком в бездну. Знаешь, как эффект летящего с горы человека. Падаешь, летишь вниз, сердце колотится, но назад дороги нет. Ты можешь лишь
– Серена… – тихо выдыхает он, но боится пошевелиться.
– Но сейчас, – подступаю к нему ближе и нерешительно касаюсь пальцами колючей щеки. – Сейчас я знаю, что в конце меня кто-то обязательно словит. И это будешь ты…
Эзра накрывает своей широкой ладонью мою руку и притягивает меня к себе за талию.
– Никогда не слышал более прекрасного признания в любви, – чувствую, как его щеки трогает легкая улыбка.
– Это не признание тебе в любви, Эзра, – реабилитируюсь и цокаю языком.
– Разве? – слабо усмехается он, и я пытаюсь вывернуться из его хватки, но он не позволяет. – Ладно, не злись. Я еще немного подожду.
– Дурак.
Шлепаю Эзру свободной рукой по плечу, и он выпускает меня из объятий.
– Пойдем, отведу тебя в душ, – легко подталкивает меня под зад.
– Я помню дорогу и могу справиться сама, – фыркаю я и отмахиваюсь от его руки.
– О нет, – волочется следом. – А вдруг ты оступишься? Или поскользнешься? Подвернешь лодыжку? Или просто не устоишь на ногах? А если ты снова вздумаешь падать?
– Не утрируй, – захожу в ванную комнату и поворачиваюсь к нему лицом. – Ваша миссия выполнена, мистер… Как там тебя?
– Нот, – улыбается Эзра.
– Мистер Нот, можете проваливать, – хочу закрыть дверь, но Эзра успевает обвить меня руками и резко прижать к себе.
– Я всегда поймаю тебя, Серена, – касается моих губ своими губами, и сердце тут же замирает. – Будь уверена. Даже если просто поскользнешься на мокрой плитке. Я буду рядом.
Такое чувство, что Эзра специально дожидается меня из душа в гостиной, чтобы я не прошмыгнула мимо ко входной двери. Неужели он все еще думает, что я могу сбежать? После всего, что между нами было? После всего, что я сказала? Вот у кого проблемы с доверием похлеще, чем у меня.
Он сидит на диване в одних боксерах и потягивает остатки розового шампанского. Мощные татуированные плечи и руки раскинуты по кожаной спинке, черные узоры на груди плавно вздымаются и так же равномерно опускаются, повторяя ритм его дыхания. Эзра спокоен. Но рельефные мышцы пресса все равно отлично проглядываются даже в расслабленной позе. Он так красив и безмятежен, что я не могу сдержать улыбки. Эзра делает глоток и запрокидывает голову, облизывая губы. Зрелище отменное и совершенно нехарактерное ему. Я усмехаюсь, и, кажется, вслух, потому что он тут же оборачивается.
– Я тут гуглил и не нашел информации о том, что панды – самые водолюбивые существа.
– Значит, у тебя плохие источники, раз ты не можешь найти такую простую информацию, – Эзра смешно фыркает, а я подхожу ближе и усаживаюсь на подлокотник дивана. – Надеюсь, ты не против, что я надела этот халат… – отвожу взгляд. Почему-то мне стыдно его об этом спрашивать. Сначала его футболка. Теперь этот халат… Как будто я его девушка, а он мой бойфренд, и мы вместе – счастливая типичная пара из любимых фильмов Юджина. Но это не так.
Эзра откладывает телефон в сторону и оглядывает меня с ног до головы.
– Тебе идет. Но лучше бы вышла обнаженной.
Закатываю глаза и цокаю языком. Он неисправим. И мы явно никогда не будем типичной парой.
– Вау… – только сейчас отрываю взгляд от лица Эзры и устремляю к панорамному окну. – Какой вид… Кажется, я могу прощупать облака всего Бостона.
– Никогда не встречал здесь рассвет, – Эзра обнимает меня за талию и стаскивает с подлокотника к себе на колени.
– Как ты мог? Посмотри, как красиво…
– Обычное серое небо, Серена. В этом нет ничего красивого.
– Ты просто не хочешь замечать, как оно просыпается.
– Ага, оно проснется и снова пойдет дождь.
– Я люблю дождь. Хотя сейчас особенно хочется снега.
Эзра смотрит на меня так внимательно, будто пытается прочитать мои мысли, и мне приходится оторвать взгляд от светлеющего горизонта и верхушек тусклых домов.
– Значит, дождь и снег? – склоняет голову набок и прищуривается. – А что насчет солнца?
– Я люблю любую погоду. Природа прекрасна в любом ее обличии. И даже в серых облаках Бостона.
– В таком случае, не думаю, что ты сильно соскучишься по ним за два дня в Калифорнии.
