— Такое будущее уготовил для тебя черный колдун, — вдруг услышал он голос своего учителя. — Но ты можешь избежать бесславного конца, если будешь выполнять мои указания.
Размытый образ Кукульцина проступал из зазеркалья перед коленопреклоненным халач-виником, как если бы чилам находился перед фреской.
— Я выполню все, что прикажет мудрый Кукульцин.
— Тогда следуй за мной!
Цветной мир вокруг Тутуль-Шива стал тускнеть, трескаться и, будто высохшие лепестки диковинных тропических цветов, облетать вниз, обнажая под собой штукатурку на каменной кладке. В то же самое время халач-виника, исполняясь силой и какой-то необъяснимой легкостью, сбросив с себя остатки ссохшейся краски, когда-то именуемой Ош-гулем, встал с колен и, избавившись от пут стены, шагнул навстречу своему учителю.
— Мы находимся в Храме Судеб. Отсюда я уведу тебя по Дороге богов, — сказал Кукульцин. Он подвел халач-виника к алтарю, и по светящемуся рукаву света они взмыли высоко в небо, откуда Земля фазана и оленя казалась небольшой частью суши, окруженной с трех сторон водой. — Сначала я покажу тебе то, что стало доступным мне лишь после перехода в мир богов. Ты своими глазами сможешь наблюдать за рождением эпох и зреть облик богов, по чьей воле мир стал именно таким, каков он есть.
Рукав возносил их все выше и выше в небо, туда, откуда изумленный Тутуль-Шив увидел огромную часть суши и бескрайние водные просторы, по сравнению с которыми Страна низких холмов казалась всего лишь ничтожной точкой, а вся Земля фазана и оленя жалкой полоской земли. Затем, достигнув заоблачных высот, они с головокружительной скоростью заскользили вниз. В то время, когда халач-виника с ужасом ожидал неизбежного столкновения с землей, падение вдруг прекратилось. Они парили над большим островом, расположенным, как теперь показалось Тутуль-Шиву, не так далеко от акватории, окружающей Земли фазана и оленя. Повсюду были видны Большие лодки. Своими размерами они в сотни раз превосходили самое большое каноэ, когда-либо виденное халач-виником. Он наблюдал, как Большие лодки, бесстрашно бороздящие океан, стремились в бухту, в которой раскинулся прекраснейший из городов, который только мог себе вообразить халач-виника. По широкому каналу, идущему в глубь острова, Большие лодки пересекали еще один канал концентрической формы и подплывали к самым городским стенам. Под защитой гигантского укрепления с тяжелыми зубчатыми башнями, которые выглядели так, словно смогли бы удержать на себе небесный свод, находились грациозные здания с остроконечными крышами и высокими шпилями, сверкающие неповторимой белизной пирамиды, сады, будто висящие над землей, великолепные дворцы, крыши которых поддерживали почти невесомые колонны. Были там и другие чудеса, огромные птицы и невиданные животные, которыми управляли люди в белых одеяниях, забравшиеся к ним в утробу, сотни маленьких солнц, освещавших мощеные улицы города, и еще много такого, чего Тутуль-Шив не мог высказать словами или объяснить.
— Что это, учитель, где мы?
— Дорога богов увела нас в далекое прошлое, к обители богов, задолго до того, как, обустроив землю, они покинули мир людей и устремились в небеса.
Но самым таинственным, что увидел халач-виника, был кристалл, находящийся на вершине гигантской пирамиды в центре города. От него исходил мягкий свет, обволакивающий собой весь этот благодатный край. К кристаллу тянул свое свечение и их путеводный «рукав». Отражаясь в гранях дивного камня, потоки света устремляли свой бег в разные стороны мира. В один из таких потоков учитель увлек своего ученика. Они проделали долгий путь над неспокойными водами океана, а луч все дальше увлекал их от Земли фазана и оленя и чудесного острова, прежде чем Тутуль-Шив снова увидел сушу.
— Это земля Та Кем, Черная земля, так называет ее народ, которому, как и нам в былые времена, покровительствовали боги.
