- Дальше океан, горячий и пустой. И непрекращающаяся буря над кипящей водой. Когда я попал сюда в первый раз, мне всё было интересно. Не мог оторвать взгляд от пейзажей. А сейчас всё это наводит лишь тоску и грусть.
Фатима, пристально посмотрев на него, снова устремила взгляд вдаль.
- Ты здесь часто бываешь?
- Да, по несколько раз в год. Часто приходится сидеть и ждать. Особенно в период дождей, когда степь сначала оживает, а потом кипяток всё выжигает, оставляя проплешины пустоши. Жить человеку здесь нельзя - здесь повышенный радиационный фон из-за активности звезды. Здесь есть леса, но они находятся дальше, в горных долинах у самой границы дня и ночи.
- А почему всё-таки мы приземлились здесь?
- Эта ближайшая к руинам станция. Отсюда до них двести километров в сторону ночного полушария. Там, на плато. Там намного лучше, туда не доходят дожди кипятка.
- Миша, Фатима, идёмте на базу. Вредно долго находиться снаружи, - прокричал Лунин, стоя у входного шлюза станции. На посадочной площадке остались лишь они вдвоём.
***
Станционные часы показывали вечер. Фатима шла по коридору жилого блока. Михаил, мурлыча, запирал дверь своей спальни.
- Миша, куда ты идёшь?
- Я собирался в инженерную службу. Поговорить о ремонте корабля.
- А это может подождать? - спросила Фатима, положив руки ему на плечи.
- Ну да... - успел протянуть Сомов перед тем, как Фатима поцеловала его в губы. Сомов обнял её за талию. Фатима отпрянула и пробормотала:
- Пойдём ко мне.
***
Фатима и Михаил лежали на кровати, обнявшись и смотря друг другу в лицо.
- Почему ты ушла тогда? Почему ты порвала связь? - спросил Михаил. Десять лет... мы не виделись десять лет.
- Потому что я хотела учиться, путешествовать, встретить новых людей, познавать мир. А ты был всегда рядом, я знала тебя как облупленного. Ты был открытая книга. Девятнадцатилетний юнец-фантазёр, грезивший о полётах. А теперь ты мужчина.
- Я всё же изменился?
- Да, но и всё тот же. Всё хорошее, что было в тебе... всё, что мне в тебе нравилось... осталось и никуда не исчезло.
Михаил молча потупил взгляд.
- Прости, Миша, - прошептала Фатима, прильнула к Михаилу и обняла, прижав его лицом к своей груди.
***
Фатима и её лаборантки ждали, когда сотрудники станции загрузят инструменты в вездеход, уставившись на упакованный в герметичный кожух планшет. Когда погрузка подходила к концу, из двери станционного шлюза вышел Сомов. Убрав планшет и дав Мариям и Сьюзан знак подождать, Фатима подошла к Михаилу.
- Ты что-то хотел сказать, Миша?
- Я хотел кое-что попросить у тебя. Наедине. Перед тем, как ты поедешь на раскопки.
- Ты тоже едешь. Нас мало, и может понадобиться помощь. Я тебе доверяю. Что ты хотел попросить? - спросила она шёпотом.
- Обещай мне, что не исчезнешь снова из моей жизни.
Фатима потупила взор, взглянула в сторону и, смотря ему в глаза, ответила:
- Обещаю.
Водитель - им начальница базы назначила одного из геодезистов и картографов станции, Георга Вайса, мужчину тридцати лет среднего роста и слегка полноватого - уже стоял в ожидании у дверцы машины. Фатима и Михаил подошли к вездеходу и забрались в него. Тут выбежал Анатолий и, заскочив, примостился на заднем сиденье.
- Я поеду с вами. На всякий случай, - протороторил он.
Ехали они долго; бледно-зелёная низкая трава с буро-жёлтыми пятнами вблизи станции сменилась более высокой и густой, вдоль дороги стали попадаться деревья - поодиночке и группами. По мере движения за бортом становилось темнее.
- Разве в прогнозе не было написано, что нашу местность ждёт ещё пятьдесят часов ясной погоды? - спросила Муримбаева, рассматривая пейзаж за бронированным стеклом и видя на небе тучи.
- Да, - ответил Лунин. - Должно быть... Но ведь и на Земле погоду... не очень точно предсказывают. Местная климатическая система, конечно, проще земной... Может, погодная аномалия...?
- Да, может...
Группы деревьев сменились небольшими рощами; на горизонте появилась темнеющая полоса леса.
- Здесь остановиться или дальше? - спросил Вайс.
- А далеко ещё? - спросил Лунин.
- Нет, всего лишь пару километров. За тем леском.
- Тогда можно здесь, - сказала Муримбаева.
Вездеход остановился слева от обширной поляны. Указанная водителем роща в постоянных сумерках терминатора выглядела сплошной тёмно-зелёной стеной.
Выскочив из машины, Лунин достал счётчик Гейгера и обошёл с ним место стоянки, бормоча повторяя "Норма... норма... в пределах нормы".
- Достаём и разворачиваем тенты, - скомандовала Фатима, выйдя из машины последней.
- Что-нибудь ещё достать, мэм? - спросила Сьюзан. - Тучи надвигаются...
- Сама вижу...
Анатолий Николаевич спрятал счётчик и, вытащив из кармана компас, приступил к осмотру ещё раз.
- Возьмём для начала только метки... - приказала Муримбаева, глядя на небо. - И оптические приборы. - Произнесла она, взяв сумку.
- Радиационный фон приемлемый, с магнитными полями всё в порядке. Пойдёт, - произнёс Анатолий, закончив обход. Убрав компас, он схватился за один из прутьев каркаса.
