Пока я обдумывала сказанное, девушка в тёмном неожиданно оказалась совсем рядом. От её внезапного появления я отшатнулась, но мягкая улыбка и нежный взгляд заставили меня замереть на месте. Она протянула руку и коснулась указательным пальцем моего лба.
Внезапно меня охватила жгучая боль, словно мой разум разрывался на части. Перед глазами вспыхнул яркий свет, и я зажмурилась, не в силах справиться с невыносимым ощущением. Сдавленный крик вырвался из моих уст, смешиваясь с резким светом и нестерпимой болью, которые буквально поглощали меня.
Перед глазами начали всплывать картинки: места, сцены, лица, эмоции, словно обрывки разорванной ленты. Я видела себя в разных ситуациях, и все они были незнакомыми и чуждыми. Эти образы, как тени, танцевали перед моим сознанием, лишённые ясности и целостности.
Боль постепенно утихала, и вместе с ней мрак рассеивался, открывая более чёткие детали. Мир вокруг снова обретал материальность, и я чувствовала, как возвращаюсь в чужое тело, переживая события из прошлого девушки. Я поняла, что это её воспоминания, и только теперь осознала, что за эти мгновения сквозь меня пронеслись не только её переживания, но и частички её самой.
Вокруг меня оказались стены комнаты, напоминавшие место, где я уже бывала. Воздух был насыщен ароматами древесины, сухих трав и… сырости. Я заметила, что окон здесь не было, и поняла, что снова нахожусь в том же подвале.
Девушка, в чьём теле я оказалась, сидела за небольшим столиком, окружённая кружевными тканями и нитями. Она вышивала на белой ткани изображение красивой птицы, напевая себе под нос мелодию. Её движения были плавными и спокойными, и в них читалось сосредоточенное спокойствие, словно каждое движение было частью какого-то важного ритуала.
Мы сидели так недолго, когда внезапно в комнату вошёл человек. Сразу догадавшись, кто это, я попыталась прислушаться ко всему, что услышу. Возможно, по голосу удастся его распознать.
Его тяжёлые шаги разнеслись по подвальной комнате, звуча как удары молота по металлу, резонируя в стенах и поглощая весь воздух. Или, может быть, это она так остро реагировала на него. Девушка, сидящая за столиком, напряглась, как натянутая струна; её руки задрожали, и игла, которую она держала, скользнула с ткани и упала на стол, издав звук, нарушивший тишину. Я ощущала, как её сердцебиение ускорилось, будто птичка, пойманная в клетку. Тот уют и спокойствие, что царили до этого момента, испарились, оставив только плотный, ощутимый страх.
Почему она так его боится?
— Пей, — приказал он строгим, безразличным тоном, холодным, как зимний ветер. Он поставил перед ней кружку с мутной жидкостью.
Девушка с тревогой посмотрела на кружку; её руки всё ещё дрожали, как листья на ветру. Я чувствовала её страх, как свой собственный. Она медленно подняла взгляд, словно пытаясь найти в его глазах хоть каплю сострадания.
— Но мне больно… после него, — пролепетала она.
— Пей, — с нажимом повторил он, пододвигая кружку ещё ближе.
Отношение незнакомца к девушке было жестоким и бесчеловечным. Наблюдая за этой сценой, я почувствовала, как внутри меня разбушевалась ярость.
Девушка, осознав бесполезность возражений, медленно, с неохотой поднесла кружку ко рту. Она изучала содержимое, словно надеясь найти в нём спасение или, по крайней мере, что-то, что могло бы облегчить её муки. Жидкость была голубоватой, с тусклым оттенком желтизны. Всё выглядело не столь ужасно, но только до тех пор, пока девушка не зажмурилась и не сделала небольшой глоток.
Тогда я поняла, как же ошибалась.
Когда горькая жидкость коснулась её губ, я почувствовала, как отвратительный привкус наполнил её рот, вызывая дрожь от отвращения. Пытаясь проглотить, девушка ощутила, как её горло сжимается, а жидкость с трудом проходит по пищеводу.
Внезапно её тело пронзила острая боль, заставив её застонать от мучений. Судорожные спазмы сжали всё её тело, и кружка, выскользнув из дрожащих рук, упала на пол, расплескав содержимое. Я испугалась, не ожидая такого поворота событий. Паника охватила меня, когда я почувствовала ту же жгучую боль, что и она. Внутреннее отчаяние и беспомощность завладели мной, и я боролась с этой тёмной волной боли, стараясь сохранить хоть какую-то ясность ума.
Что это такое?!
Пока девушка мучилась, лежа на полу, мужчина стоял неподвижно, наблюдая за её страданиями с пугающим равнодушием. Его безразличие к её боли вызывало у меня ещё больший ужас. Я пыталась разглядеть его лицо, но оно начинало размываться, как только я начинала смотреть на него.
Через мгновение этот кошмар закончился, и я почувствовала, словно меня резко вытолкнули из него. С глубоким вздохом я проснулась, и передо мной раскрылась привычная комната, залитая мягким светом. Лёгкие отчаянно нуждались в воздухе, и я сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Повернувшись на бок, я увидела Рагнарда, мирно лежащего рядом со мной.