К тому же, даже если мне удастся не замёрзнуть, перспектива провести ночь в этом лесу была пугающей. Лес казался безмолвным, но где-то глубоко внутри меня жила уверенность, что здесь водятся хищники. И стать чьим-то ужином точно не входило в мои планы.
Прошло ещё немного времени, и вдруг птица заметно оживилась. Она закружила в воздухе, словно стрела, взлетая и опускаясь с явной взволнованностью. Я нахмурилась, прищурив глаза, пытаясь понять, что так взбудоражило маленькую пташку, и вскоре сквозь густую завесу ветвей разглядела впереди залитую солнцем поляну.
— Ну, конечно, чудесно, — я недовольно глянула на птичку, сверкающую своими чёрными глазками. — Это всё конечно замечательно, только вот стоит мне туда ступить, и я окажусь, как на ладони. Любой, у кого когти, клыки или плохое настроение, сразу же заметит меня и… схрумкает, не успею и вздохнуть!
Не успела я закончить свои жалобы, как пташка дерзко метнулась вниз и дёрнула за мои волосы с неожиданной силой, так что я вскрикнула от боли.
— Ай! Да что с тобой такое? Ладно, ладно, иду я! — пробурчала я, отчаянно потирая пульсирующую кожу у корней волос. Ну и сила у этой пернатой, чуть клок не выдрала.
Каждый шаг давался тяжело, силы утекали из тела, как песок сквозь пальцы. Но я упрямо стиснула зубы, заставляя себя идти дальше. Остановиться сейчас значило бы сдаться, а я, несмотря на колотящееся сердце, была далеко не из тех, кто так просто сдаётся.
Наконец, лесная чаща редела, и передо мной развернулась залитая золотистым светом поляна.
Оперевшись спиной о шершавый ствол ближайшего дерева, я жадно втянула воздух, борясь с нестерпимой слабостью. В глазах мелькали пятна, но я всё же собрала волю в кулак и огляделась. На другом конце поляны возвышалась огромная палатка, по виду достаточно прочная, чтобы выдержать ветер и непогоду. Сердце тут же забилось гулко, словно кто-то ударил в барабан, и горячая надежда пробежала по венам.
Волна облегчения разлилась по телу, и даже ледяной холод, впившийся в тело, ненадолго отступил. С новой силой я бросилась вперёд, подгоняемая надеждой и остатками адреналина. Перед глазами мелькнула птица, мой маленький пернатый проводник, которая, не теряя времени, рванула вперёд меня.
Не могу в это поверить, она и вправду знала, что делает! В груди расплылось ощущение огромной благодарности к этому крохотному созданию. Будет теперь жить со мной, даже если бабушка не разрешит. В саду поселиться, будет мне вместо будильника дёргать волосы, уж это точно меня разбудит сразу.
— Кто-нибудь! — крикнула я, отчаянно размахивая рукой, надеясь, что мой голос, слабый от усталости, всё же достигнет ушей обитателей палатки. — Помогите!
Но чем ближе я подходила, тем больше меня охватывало непонятное беспокойство. Эта странная конструкция не была похожа на то, что я могла бы представить себе под словом «палатка». Нет, палаткой это точно не назовёшь.
Передо мной возвышалась странная конструкция, явно созданная не для временного отдыха. Каркас, сложенный из массивных бревен, выглядел настолько прочным, что казался способным выдержать вообще всё. Вместо привычной ткани покрытие представляло собой толстые, иссечённые временем и погодой звериные шкуры. Они были натянуты на деревянные стойки так плотно, что казалось ни один порыв ветра не проникнет внутрь.
Моё внимание тут же привлекли символы, словно выжженные на бревнах каркаса. Красная краска, ярко выделялась на фоне потемневшей древесины, привлекая взгляд. Я прищурилась, чтобы рассмотреть их получше. Что это? Очертания этих знаков казались до боли знакомыми. Очень похоже на древние руны — те самые, которыми когда-то увлекалась бабушка.
Пока я пыталась осмыслить увиденное, из глубины палатки донеслись голоса. Я невольно напряглась, когда полог палатки колыхнулся, и наружу вышли несколько человек. Ещё пара силуэтов показалась между деревьями, и мои глаза расширились от страха. Все они были мужчинами, высокими, с крупными телосложениями и большинство с длинными волосами. Грубые, потемневшие одежды скрывали их тела, и только на некоторых было что-то вроде кожаных… доспехов с металлическими вставками. Плечи их покрывали плащи из шкур диких зверей — шерсть и мех создавали впечатление, что они сами были частью леса, хищниками, которые слились с природой. Волосы, заплетённые в тугие узлы и сложные косы, придавали им ещё более суровый вид, а пояса, на которых висели мечи, ножи и топоры, окончательно убедили меня в их воинском предназначении.
Они двигались осторожно, будто медленно окружая добычу, и их взгляды, холодные и пронзительные, будто ощупывали меня. Двое из них, сверкающие сталью мечей, казались готовыми броситься вперёд по первому сигналу. Воздух наэлектризовался, напряжение висело тяжёлым облаком. Я моментально вытянулась, как струна, боясь пошевелиться. Страх скрутил внутренности тугим узлом.
Кто это такие? Почему они так выглядят? Маньяки какие-то? Или вообще сектанты? Минуту назад я надеялась найти здесь помощь, а теперь всё указывало на то, что походу я нашла новую смерть.