Позднее, в интервью А. Аппелю 1966 года, он схожим образом отозвался и о «Поминках»: «бесформенная и унылая масса поддельного фольклора, холодный пудинг книги, непрерывный храп в соседней комнате, особенно несносный при моей бессоннице. К тому же я всегда питал отвращение к региональной литературе, полной чудаковатых старожилов и имитированного выговора. За фасадом “Поминок по Финнегану” скрывается очень традиционный и скучный многоквартирный дом, и только изредка звучащие божественные интонации искупают их полное безвкусие»[130].
При всей категоричности приведенных суждений «гениальные места» и «божественные интонации» двух романов Джойса останутся для Набокова непреходящей ценностью.
В своем позднем и на редкость откровенном разъяснительном предисловии к роману Набоков детально остановился на многих его сложных предметах – системе мотивов и образов, парономазии и игре слов, литературных аллюзиях и особенностях кульминации, однако название книги охарактеризовал с излишней краткостью: «Термином “bend sinister” (“левая перевязь”) в геральдике называется полоса, проведенная с левой стороны герба (и по распространенному, но ложному представлению, отмечающая внебрачность происхождения)». Как кажется, Набоков заставляет читателя задуматься прежде всего о противоречивости старинного термина, – с одной стороны, говорящего о благородстве и высоких достоинствах носителя герба, а с другой – опороченного невежественной интерпретацией, и об этом стоит сказать подробнее.
Перевязь – почетная геральдическая фигура в виде диагональной полосы, идущей из верхнего угла щита в противоположный нижний угол. Перевязь, идущая от правого угла, называется правой перевязью (или перевязью вправо – bend dexter), а от левого угла – левой перевязью (или перевязью влево). В самом деле, на незаконнорожденность в гербе указывает
Несмотря на ложность трактовки этой гербовой фигуры как знака незаконности рождения, такое представление, как верно пишет Набоков, все же закрепилось, – по-видимому, в силу того, что правая сторона считается стороной большей чести, например, при разделении герба на две части. А. Нисбет писал, что некоторые семьи меняли свой родовой герб с «bend sinister» на «bend dexter», «воображая какие-то отступления или позор за положением “bend sinister”, однако мне не приходилось видеть герба, который говорил бы что-либо о своем бесчестии, и все считают левостороннее положение столь же почетным, как правостороннее»[133]. По наблюдению М. О’Ши в работе «Джеймс Джойс и геральдика»[134], это неверное представление отразилось в романе почитавшегося Набоковым Л. Стерна «Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена» (1759–1767), в котором используется и обсуждается термин «bend sinister»: «instead of the bend-dexter, which since Harry the Eighth’s reign was honestly our due – a bend-sinister, by some of these fatalities, had been drawn quite across the field of the Shandy arms»[135]. Приведем русский перевод этого отрывка, который мог подразумевать Набоков, делая свое замечание о распространенности ложного понимания фигуры «bend sinister»: «Мой рассказ много выиграл бы, если бы я сказал вам с самого начала, что в то время, когда герб моей матери был присоединен к гербу Шенди <…> случилась с красильщиком такая штука, оттого ли, что он рисовал все свои произведения левой рукой, подобно Турпилию Римлянину или Гансу Гольбейну Базельскому, или более благодаря ошибке головы, нежели руки <…> как бы то ни было, на наш позор, случилось то, что вместо наклона вправо, который по всей чести принадлежал нам с царствования Гарри Восьмого, через все поле герба Шенди нарисован был <…> наклон влево. Почти невероятно, чтобы мысль столь разумного человека, каким был мой отец, так тревожилась от такого пустого обстоятельства. Слово карета <…> никогда не могли произносить в нашем семействе без того, чтобы он не пускался в жалобы о том, что он носит на дверях своих такой гнусный символ незаконности»[136].
