— Я не против…
Марк мечтал о том, что отец откажется…
— Но одно уточнение. Мы подпишем договор. Если моя семейная реликвия исчезнет, вы выплатите мне её стоимость и компенсацию.
Его насторожило это условие. Но отец подписал без колебаний…
В двери Марк обернулся и встретился глазами с Аликой.
Да, она почуяла, кто он, и насмешливо сказала:
— Игра началась!
Отец так и не услышал этого…
— Эй, о чём задумался?
— Да так, о лирике.
— И как её зовут?
— Кто-то сегодня нарвётся! — подозрительно ласково сказал Марк.
— Неплохое имя, — оценил Исаенко, но под взглядом друга вдруг резко посерьёзнел, — Но то, что я тебе расскажу, ещё лучше. Можешь быть доволен в одном — Алика вряд ли потребует карты назад. В противном случае, я знаю, чем мы сможем на неё надавить.
Глаза Марка слегка сузились.
— Ты это о чём?
— В общем, у папочки есть ассистент, который поимел от его конкурентов большие деньги. Я об этом чисто случайно узнал. А если я так же случайно проговорюсь, Виктора Павловича по головке не погладят. В общем, он почти добровольно согласился мне помочь.
— И?
— Аня с самого начала работала на Альбину Цветову.
— ЧТО?
— И её напарницу зовут Анжелика. Её нашли мёртвой два дня назад, как раз тогда, когда пропала твоя Лика. Кто-то неумело инсценировал самоубийство.
— Блин…
— Марк, это ещё игрушки. Ты сильно огорчён тем, что девчонка умерла?
— Ну, неприятно…
— Вот-вот. А не ты ли мне несколько дней заявлял, что жить без неё не можешь?
— Я понятия не имею, что это было. До того, как мы пошли в «Сапфир», я правда без неё не мог. Но когда она отказалась помочь Лине…
— Тебе знакомо имя Филона?
— Это из легенды о тех картах. Филона, ведьма, предавшая сестру, мать и ещё 12 человек. А с чего ты спросил?
— Определённые круги называют Альбину Цветову Филоной. Знаешь, Марк, после того, что я узнал, я склонен думать, что всё дело именно в легенде. Возможно, эти карты не просто антикварная ценность.
— Шутишь?
— Знаешь, сколько Алике лет по документам? 158.
— …!
— Согласен. Но в паспорте значится — 58. Подумаешь, одна цифра! Они сотрудничали с Цветовой когда-то. У Алики двое детей и две внучки: Лизавета и Лина.
— Лина?
— Видимо, мы подумали об одной и той же особе. И потом, вспомни, как ты реагировал на Лику. И Анна, стоило ей пожелать, могла подчинить меня своей воле. Эти ведьмочки Филоны сами как наркотик. Они подчиняют разум.
— Дима, ты никогда не замечал, как на Кирилла реагируют девушки?
— Да, видимо, ему просто передалось по наследству. То есть, ты склонен согласиться со мной?
— Это странно, но всему нужно искать логичное объяснение. Иначе мы тут начнём гоняться за сектами и истреблять чёрных котов.
— И стрелять в шутов.
— Каких шутов? Ты что, бредишь?
— Иногда мне кажется, что да.
Марк пристально взглянул на собеседника и только сейчас заметил, что тот сам на себя не похож: под глазами тени, усталый вид, на руках странные порезы. Чёрт, во что ты ввязался, друг?
— Что с руками-то?
Дима прикрыл глаза.
«Хорошо-таки, что я тогда проявил любопытство», — с удовлетворением подумал он, глядя в широкую спину папиного ассистента. Теперь информация по Алике и Альбине удобно лежит в руках. И по Анне…тоже. Попрощавшись с милой улыбочкой садиста, Дима стремительно вышел. В лицо дохнуло вечерней прохладой. Надо будет отчитаться Марку о проделанной работе, правда, сейчас уже поздновато.
Дима ввинтился в пёструю толпу и медленно двинулся по улице. Его квартира была совсем недалеко, потому можно и пройтись. И по дороге заняться увлекательным чтивом.
Впрочем, стоило открыть первую пухлую папку с документами, как хорошее настроение улетучилось. Сразу стало понятно странное выражение лица Виктора Павловича и его вечно повторяющуюся фразу: «Всё правдиво, можешь не сомневаться!». Дело в том, что по документам Алике выходило 158 лет. Причём в 115 она проходила свидетелем в деле об убийстве Арины Цветовой, а после организовывала какой-то непонятный бизнес вместе с её дочерью, Альбиной. Однако вскоре они разошлись с серьёзным скандалом.
Высказав себе под нос всё, что он думал по поводу этой ерунды, Дима открыл папку Альбины Цветовой. Вот тут стало совсем интересно. Анна, Филона, наркотики…
Руки сжались в кулаки, безжалостно скомкивая бумагу. Так вот кому он на самом деле обязан полугодом сущего ада!
Его внимание вдруг привлекло какое-то движение на грани восприятия. Он резко обернулся.
Его глаза остановились на зеркальной витрине какого-то бутика. Он видел собственное отражение в зеркале и отражение девушки, стоявшей за его спиной. Это была…
Сколько он себя помнил, он всегда замирал, когда её видел. Даже тогда, когда она была полностью загримирована, эти глаза он ни с чем не мог спутать. Но сегодня…
Её отражение, её тело, но глаза не её. Дима обернулся и не увидел за спиной никого.
Но отражение Анны стояло там, в зеркальной поверхности, и смотрело на него. Спокойная, властная, но не та. Как фантом…
Отражение прыгнуло вперёд, и бледная копия Анны остановилась перед ним, глядя в глаза. А потом заговорила тихо и безжизненно:
