— Ты ведь ничего не знала о том, что держала в руках. Шут признаёт лишь одного Мага — повелителя карт, сильнейшего и лучшего. Шут сам выбирает, кто достоин этой чести: этот видящий должен побывать в мире карт и остаться в живых, что далеко не каждому по силам. Но тебе, судя по всему, это частично удалось — карты не желают подчиняться мне. Даже если вследствие нелепой случайности ты погибнешь, твои силы перейдут к ближайшей родственнице по твоей линии, видимо, той маленькой девочке.
Я невольно усмехнулась: да, хоть что-то радует. Представляю, как будут счастливы Эльвира и Алика, когда силы карт перейдут к Лизочке. Лица буквально вытянутся от неземного восторга.
— Увы, Древняя Сила — это во многом чувства. Владение ею — это своего рода ремесло, где слова, мысли, ощущения играют решающую роль. Именно потому созданные Силой узы — Любви, Дружбы, Крови, Разумов, — так неохотно рвутся. Но масти карт, кроме всего прочего, символизируют именно их. И, если эти узы истинны, никто посторонний не порвёт нить — лишь тот, кого она связывает, может это сделать, причём всего лишь несколькими неразумными словами. Понимаешь, о чём я?
— Нет. Кстати, я б не сказала, что так уж до гроба люблю эти карты, — мгновенно прикинулась я скрытым гением.
Филона пристально взглянула на меня.
— Лина, довольно. Мы жили параллельно последние несколько дней, и я имела возможность неплохо тебя изучить. Ты слишком похожа на меня, и это значит, что ты совсем не глупа. Не тяни напрасно время, я по глазам вижу, что ты почти всё поняла. Да, ты должна вновь очутиться в мире карт и отказаться от них. Иначе ты умрёшь.
Мгновение мы пристально смотрели в глаза друг другу. Потом она сделала знак змеям, предупредив:
— Они тебя прикончат, если что-то пойдёт не так.
Я кивнула, мысленно отгораживаясь от Филоны, Кирилла, змей, подвала. Мои пальцы гладили шершавую поверхность карт. Не открывая глаз, вытащила одну из них. В том, что мне выпадет Шут, я особо не сомневалась. Меня охватило уже знакомое ощущение тяжести. Кое-как, из последних сил, я рухнула на стул…
А потом увидела всё со стороны. Там, в мире живых, время замерло. Я видела, как на фотографии, нетерпеливо подавшегося вперёд Кирилла, широко распахнувшую глаза Филону, себя. Я откинулась на стуле, рот мой был приоткрыт. Бездонные глаза вновь проснувшихся змей с невообразимым интересом смотрели на меня. Из моих безвольных рук посыпались веером на пол карты, но одну из них я всё ещё сжимала в руках. Для всех живых это был просто кусок картона, на котором плясал человек в шутовском наряде. Я же видела в глубине его глаз коридор и дверь. Помедлив с секунду, я устремилась к хаосу цветов и теней, мгновенно сливаясь с ним.
Я уже в который раз за последние несколько дней открыла глаза и огляделась. Тот же коридор, идущий в никуда, те же тысячи дверей. Я попала туда, куда нужно.
— Шут! — крикнула я. Звонким рикошетом эхо отразилось от стен и понеслось по коридору искаженными отголосками:
— Шут! Шут…ут…ут…
Наконец звуки затихли, и я осталась ждать ответа. Но все заполнила звенящая тишина. Да, не очень-то меня это радует. Этот ехидный дух мне сейчас нужен, как никогда. И ведь спорю на шоколадку, он меня прекрасно слышит.
— Шут! Хватит уже издеваться! Ты мне нужен! Срочно!
Ноль внимания. Я досадливо поморщилась, и тут удаляющийся рокот эха начал преображаться в слова:
— Ась? Не слышу вас! Глухота, знаете ли! Старость — не радость, и дальше по списку. Кому что нужно от старого придворного…
— Хватит валять дурака!
— Верно! Дурака!
Я хмыкнула, пожала плечами, оглянулась. Окно в мой мир было аккурат за моей спиной. За то время, что я здесь провела, в уютном подвальчике ничего не изменилось. Из этого следовало, что я сейчас вне времени.
— Ты как знаешь, а я никуда не спешу, — вполне серьёзно сказала я коридору, и, пользуясь тем, что никаких ощущений в этом мире не существовало, улеглась прямо на пол. Причём со всем возможным комфортом: руки под голову, глаза прикрыты…
— Вот так наглость! Нет, потомки 13 ведьм всегда были оригинальными и своеобразными, но чтоб до такой степени — это уже почти перебор.
Я открыла глаза. Вольготно устроившись просто на воздухе, на меня с биологическим интересом, с которым учёный смотрит на зелёную букашку, глядел Шут.
Я нарочито неспешно села, изящно потянувшись, и снизу вверх глянула на духа:
— Итак, вы соизволили меня выслушать. Что ж, премногоблагодарна.
— Итак, ты пришла отречься от карт? А мне что, помочь с церемонией?
— Я не собираюсь отрекаться от них!
Бездонные, как звёздное небо, глаза с незримыми ростками могущества пристально, оценивающе уставились на меня.
— Вот как. Тебе угрожает двое людей, наделённых силой не меньшей, чем твоя, и гораздо большим опытом. Вокруг твоего тела обвились две маленькие, но очень гордые животинки из Дита. У тебя нет шансов выжить в схватке со всеми. И, тем не менее, ты упорствуешь. Что, так манит тишина городского кладбища?
— Ты думаешь, получив карты, Филона оставит меня в живых?
