Проводив всадников Рохана взглядами, дриады первыми взлетели в сёдла. Арагорн последовал их примеру, как и Боромир. Оставшуюся лошадь заняли Леголас и Гимли. Доехав до места, в котором всё ещё слабо дымились трупы урукхай, всадники спешились и разделились, оглядывая место побоища.
Лишь одна голова урукхая уцелела – она была насажена на пику.
Воняло палёной плотью, кровью и орками. Дриады, спешившись, смотрели в сторону леса. Там была живность, но что важнее – в нём теплилась жизнь. Не как в их лесу, или Зеленолесье, нет. Что-то совершенно иное, незнакомое.
Гимли ворошил пепелище и вытащил поясок одного из хоббитов. Леголас, склонив голову и прижав к груди руку, зашептал молитву. Арагорн со злости пнул шлем и закричал, а после пал на колени. Дриады стояли рядом с жеребцами, и держались за руки. Боромир тоже преклонил колено, глядя на дымящуюся кучу. Он не мог поверить.
Все потеряли надежду, но после Арагорн, благодаря своим умениям следопыта, смог вычислить, что хоббитам удалось покинуть поле боя.
Следы уводят с поля битвы. В лес Фангорн.
Фангорн? Что за безумие повело их туда?
Наследник Исильдура шагнул в лес первым, а вот дриады следовать за ним не спешили. Они стояли у края и нервно переглядывались, взявшись за руки. Всё их естество было против похода в этот лес. От чащобы исходили волны злобы и ужаса. Причём последнее исходило от животных, коих осталось в лесу не так уж и много.
Алалия, Ивви, вы идёте?
Мы не пойдём туда, – помотала головой на вопрос Боромира Ивви, и ещё крепче сжала пальцы сестры.
Сейчас не время упрямится. Нам нужно найти хоббитов.
Девушки снова переглянулись и, всё ещё не совсем уверенные, кивнули. Следом за Арагорном шёл Леголас, затем Боромир с Гимли, лесные девы шли замыкающими. Алалия то и дело вздрагивала, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую. Она чувствовала чужое присутствие. А так же тревогу.
Ивви же дрожала не переставая. Её сознание наводнил шёпот деревьев и растений. Она шла только потому, что Алалия держала её за руку. Не будь рядом с сестрой, светловолосая уже повалилась бы на землю.
Животные такие дела чувствуют лучше других, – подумала Алалия, оглядываясь. Жеребцы и две лошадки остались на опушке, но тем лучше. Ни к чему им здесь находиться.
Арагорн шёл первым, идя по следу, за ним следовал Леголас, Боромир, после Гимли, и Ивви с Алалией. Она то и дело оглядывалась, волнуясь за жеребцов. Лошадки, данные им роханцами, были пугливее вольных жеребцов, но тоже остались на опушке. Вот за них дриада больше беспокоилась – несмотря на то, что кони боевые, боятся леса.
Орочья кровь.
Мы на верном пути. Поспешим.
Они миновали сросшиеся деревья, ручей и огромный камень, а после вышли к неожиданно возникшей поляне. Причём было ощущение, что между двумя деревьями стояло третье.
Эти следы очень странные, – Арагорн присел на корточки перед глубоким круглым следом.
Здесь такой густой воздух.
Это древний лес. Очень древний. Он полон воспоминаний.
И гнева, – произнесла за Леголаса Ивви, глаза которой светились.
Ив?
Я не могу… эти деревья… Лия, они…
Алалия, в несколько шагов сократив расстояние, взяла сестру за руку и едва не зашипела – благодаря контакту, она могла слышать отголоски, улавливая чувства деревьев и растений. И то, что она почувствовала…
Содрогнувшись, дриада с медными волосами резко обернулась и чуть прищурилась. Её глаза налились заревом, а пальцы легли на рукоять меча.
Алалия? – шёпотом позвал её Арагорн, выпрямившись.
Он идёт. Уже близко.
Леголас бросил Страннику что-то на эльфийском и отбежал чуть в сторону. Арагорн, кинув взгляд на замерших дриад, последовал за принцем Зеленолесья.
Приближается белый колдун.
Не дайте ему заговорить. Он зачарует нас.
С тихим шелестом меч Арагорна покинул ножны, так же поступил Боромир, который последнее время молчал, Леголас вложил стрелу, не спеша пока натягивать тетиву, а Гимли приготовил к бою свои топорики, отложив на время секиру.
Действуем быстро.
На счёт три, причём каждый считал про себя, Арагорн и Боромир замахнулись мечом, Гимли метнул топорик, а Леголас, щурясь от яркого света, бьющего по глазам, выпустил стрелу. Однако топорик и стрела были отбиты, а мечи так нагрелись, что их невозможно было удержать.
Вы идёте по следу двух юных хоббитов.
Где они?
Они прошли здесь вчера. И встретили здесь того, кого не ожидали. Это успокоит вас?
Кто ты? Покажись!
Наконец, свет начал слабеть, давая возможность увидеть, кто перед ними. На камне, переложив посох из одной руки в другую, стоял тот, кого все присутствующие считали погибшим.
Не может быть.
Прости, – Леголас выглядел обескураженным, но преклонил колено, опуская голову. – Я принял тебя за Сарумана.
Я и есть Саруман. Вернее тот Саруман, каким ему надлежало быть.
Ты погиб, – шептал Арагорн, боясь повысить голос. Ему всё ещё казалось, что это мираж, иллюзия. Что тот, кто стоит перед ними, не настоящий.
