Бомбур, к вашим услугам. У меня только царапины и…и живот, – он смотрел на меня, немного стесняясь, и тут же отвёл взгляд.
Хм, Ивви, к вашим, – чуть поклонившись, представилась я. – Позволите?
Я взяла его за руки и закатала рукава рубашки до локтей, оглядывая ранки. На обеих руках были царапины, словно от веток, и синяки. Ничего серьёзного, конечно, но весьма неприятно.
Зачерпнув немного мази, осторожно начала мазать ранения. Он неприятных ощущений Бомбур начал вздрагивать, и я снова запела причудливый мотивчик. Свечение от рук передавалось на руки гнома, и он громко выдохнул, смотря на свои светящиеся руки.
Ну, хотя бы от боли отвлёкся.
Втирая мазь до полного впитывания, я допела мотив и посмотрела на пациента. Дриадский язык очень певуч и мелодичен, так что затих не только мой пациент, но и остальные гномы. Да и Гэндальф продолжал зыркать.
Приподнимите, пожалуйся, рубаху, – Вежливо попросила я, вытирая остатки мази о тряпочку. Рыжий повиновался и, чуть вздрагивая, поднял рубаху. Моим глазам открылся округлый живот с такой же рыжей растительностью в некоторых местах. Бомбур краснел сильнее помидоров в моём огороде.
Похож на мохнатый апельсин!
Я сейчас осторожно потрогаю, и вы скажете где болит сильнее, – Осторожно начав пальпировать живот пухляша, двигалась с бока к центру, молясь Eru, что бы это был не аппендицит. Когда мои пальцы дошли до желудка, пациент заохал. Сила мне помогла ощутить проблему гнома. – Понятно, несварение и, скорее всего, поверхностная язва. Вы, друг мой, что кушали в последнее время? – Спросила я, смотря в каре-зелёные глаза напротив. Тот вскинул рыжие бровки, и смутился вновь.
Эм, ну… – Начал было тот, но его перебили.
У нас с провизией последние пару недель совсем плохо было, так что ели всё, что приходилось, – отозвался брюнет, с тремя косами: две от усов и одна от бороды. Чернея смога, с седой бородой, Бифур.
Покивав головой, пошла искать флакон с нужным элексиром. Он уберёт несварение, укрепит желудок, ну и почистит заодно.
Не забыть бы туалет показать…
Подав бутылочку гному, я проследила за тем, чтобы он всё выпил. Бомбур всё ещё смотрел на меня, слегка облизываясь после лекарства. Оно было на ягодах, так что напоминало компот. После потрогал живот, который видимо перестал его беспокоить, и перевёл взгляд на руки, где царапки начали бледнеть, а синяки медленно пропадать.
Вот это магия… – Глаза размером с золотые монетки стали.
Ухмыльнувшись, налила в кружку отвар из котелка и вручила её гному. Подумав, добавила ещё и чашу с ягодами, яблоками и орехами.
Держите, Лия ещё не вернулась, так что ужин будет немного позже, – сказала я, переводя взгляд с рыжика на окно.
Гномы начали оглядываться, пытаясь понять, а где сестра, но её не было. Бомбур же, приняв чашу, смотрел на меня, как на богиню.
Проголодался, бедняга.
Следующий, – убирая пустой флакон в корзинку, сказала командным голоском.
От сидящих на скамейке гномов отделился седой гном. Его борода была заплетена в две косы, а усы были полукругом. Нос картошкой и мохнатые, словно гусеницы, брови.
Оин, к вашим услугам! – он крикнул на меня, и от этого крика Бомбур подавился орехами. Я чуть удивлённо кивнула.
Его оглушило? – повернулась к королю и приподняла бровь, показывая Оину на стул.
Его трубку сломали гоблины, он давно на слух жаловался. Возраст всё же, – ответил Торин, чуть наклонившись вперёд. Кружки в руках уже не было, и он сплёл пальцы в замок.
Ну, значит поправлю и слух. Правда будет больновато, – хмыкнула я и хрустнула пальчиками, вызывая у гномов удивлённый вздох, а у Оина охи.
Прижав ладони к ушам Оина, я снова запела, но чуть громче, чем до этого. Рисунки засветились ещё на шее и лице.
Гном чуть удивлённо приоткрыл рот, смотря мне в глаза. Двигая руками туда-сюда, я словно вытягивала золотые нити Силы из пациента, чуть шевеля пальцами. Тот дёргался и с периодичностью кидал матюги на кхуздуле. Длилось это минут десять, свеча, что стояла на тумбе, то и дело колыхалась из-за «разбросанных» в воздухе золотых нитей, они были будто порваны, или завязаны в узлы. На их место посылала ровные и более толстенькие, чтоб точно до самого конца со слухом было все хорошо. За всей этой пляской ниточек над нами, наблюдали гномы, удивлённо открывая рты, как рыбки.
Дорогой Оин, вы хорошо меня слышите? – я отодвинулась, давая гному повертеть головой, и оклематься..
Могу понять, что он чувствует сейчас. Чувство, будто мозги перемешивают вилкой…
Придя минут через пять в состояние «Не ругаться через слово матом на гномьем», он потёр глаза и посмотрел на меня.
Ох, милая, на старости лет мне такое лечение впервые делают, – отозвался он, потирая уши. – А слышу вас отлично, – Тут даже улыбнулся и развёл сведённые до этого брови.
Ну, тогда Ивви, к вашим услугам, – поклонившись, я представилась ещё раз и улыбнулась, вручая ему кружку с отваром.
Узбад улыбнулся мне и одними губами прошептал «Спасибо».
