Зажег свет и посмотрел на часы. Три часа утра.
- Кто там? - крикнул я.
- Открывай! - голос Рикардо Конде по прозвищу Дартаньян звучал сердито.
Я встал весь в поту с привкусом машинного масла на языке и пошел открывать дверь.
Рикардо рвал и метал.
- Что ты тут делал? Я чуть дверь не вышиб.
- Смотрел сон.
На нем было элегантное пальто английского покроя с меховым воротником, кожаные перчатки, гладко выбритое лицо блестело. Расстегнув пальто, он медленно снял перчатки и сел, положив ногу на ногу.
- Надеюсь, сон был приятным?
- Нет.
- Жаль, мне снятся только приятные сны.
Я знал, кто ему снится. Только Мерседес. Он видел
сны наяву, он их видел постоянно, днем и ночью. Не будь этих снов, он давно бы покончил с собой.
- Я сварю кофе. Выпьешь что-нибудь?
- Ты все еще держишь этот противный джин?
- Он стал намного лучше, мне нравится.
- Если у тебя нет ничего другого, я обойдусь без выпивки.
- А кофе?
- Давай.
Я сварил на кухне кофе и поставил перед ним на столик, а сам встал под душ. Вода смыла последние воспоминания о том, как Кристина стреляла в Луиса. Они утекли в сточную трубу.
Потом я побрился, надел старый, но хорошо сохранившийся коричневый пиджак и бежевую рубашку с черным галстуком в тон брюкам. Было еще не так холодно, чтобы надевать пальто, впрочем, пальто у меня все равно никогда не было. Я довольствовался плащом.
- В доме четырнадцать этажей, много контор, остальное - меблированные квартиры разной площади, - голос его оставался совершенно бесстрастным, как будто он читал аннотацию к какому-то лекарству. - Твой друг Нельсон живет на одиннадцатом этаже, квартира "Е". - Он поднял голову от листка бумаги, на котором был нарисован план, и посмотрел на меня. - У него квартира в сто пятьдесят квадратных метров с двадцатиметровым балконом... Платит он за нее восемьдесят тысяч в месяц плюс двадцать тысяч за коммунальные услуги. Но есть одна проблема.
- Я думаю, проблем много. Какая из них тебя беспокоит?
- Я изготовил пять комплектов ключей со всеми возможными вариациями, встречающимися в замках фирмы "Пассо". - Он откинул полу пальто и показал мне нашитые на подкладку карманы. Там же лежали разборные отвертки и другой инструмент. - Но за последние годы изготовление замков сильно шагнуло вперед. Тони... они изобретают каждый день новые комбинации, а я уже давно не у дел... Замки "пассо" очень надежные, французская фирма, их отмычки не берут.
- И что же?
- Нужно предусмотреть дополнительное время на возню с замком.
- Ты лучший из всех, Рикардо. Если ты не откроешь дверь, никто не сможет ее открыть.
Он улыбнулся, и я наконец понял, почему он согласился на эту работу. Не ради денег, не ради нее, и даже не потому, что я когда-то оказал услугу женщине, которую он любил. Он это сделал потому, что чувствовал себя старым, потрепанным жизнью, и ему необходимо было доказать самому себе, что он еще способен на нечто большее, чем обводить вокруг пальца простаков своими трюками с собакой.
- Там есть охранник. Тони, - сказал он тихо.
Я сел на софу.
- Вот об этом я не подумал.
- Я тоже... это жилой дом, а не банк, и все же... Люди заботятся о своей безопасности. Охранник обычно сидит в каморке портье. Мне он показался профессионалом, какая-нибудь специальная служба безопасности.
- У меня есть "габилондо" образца 1938 года.
- Я знаю, но это не лучший выход. Ты все еще мыслишь категориями полицейского. Постарайся встать на место обывателя.
- Ты, кажется, что-то придумал. Выкладывай.
Он поерзал в кресле
- Замок в подъезде такой простой именно потому, что там сидит охранник.. Но я узнал, что на девятом этаже есть две скромные квартирки, где без лишней рекламы делают этакий "массаж" мужчинам...
- Так-так, продолжай
- Ну вот... там открыто всю ночь. Какие возражения у охранника может вызвать наше желание сделать себе подобный массажик? Он откроет дверь, мы ему дадим, как полагается, на чяй. и он нас проволит до лифта.
- Надеюсь, ему не придет в голову проводить нас на массаж?
- Будем надеяться.
- Нас сегодня ждет веселая ночка, Рикардо.
- Да, - ответил он.
Казалось, это его радует.
33
Охранник оказался молодым человеком с худым бледным лицом и острым вздернутым носом. Он сидел в застекленной каморке. Мы постучали, он поднял голову и внимательно посмотрел на нас через дверное стекло.
Потом медленно подошел, покачивая плечами, с гордостью демонстрируя свою хорошо отглаженную синюю форму. В нем чувствовалась та особая уверенность, которую дает оружие и право на его ношение. У дверей он остановился, вглядываясь в наши лица, положив руку на черную кобуру "габилондо" образца 1938 года, который выглядел поновее, чем мой.
- Что вам нужно? - спросил он.
Парадная дверь была застекленной. Мы не только услышали его вопрос, но и уловили сквозившие в нем нотки недоверия.
Рикардо робко улыбнулся.
- Нам на девятый этаж, - сказал он.
Глаза охранника ощупали нас с головы до ног, потом он открыл левой рукой замок и распахнул дверь, которая слабо скрипнула. Правую руку он не снимал с кобуры.
- Там закрыто.
- О! - воскликнул Рикардо. - Разве? А мне говорили...
- Закрыто.
