— Королевство Созиданий — это Ледяное королевство, да? А какое из них всех самое слабое? — заинтересованно спросила я.
— Пожалуй, самое слабое — это Королевство Земли, потом идёт Королевство Воды и Королевство Ветров, ну, и самыми сильными являются Огненное и Ледяное — сказал подошедший к нам Никрас.
— Ага-ага, я, кстати, тоже к Огненному отношусь — радостно прощебетала Елена, держащая измученного Севера за руку.
— Только толку-то от этого мало — буркнул сразу поскучневший Руфин.
— Что?! Это я то бесполезная?! Да ты на себя лучше посмотри! Только и делаешь, что пьёшь и как петух дам обхаживаешь! — незамедлительно парировала Елена.
— А он и есть петух — хихикнула Нарина.
Руфин на них так посмотрел. Мне кажется, я никогда в жизни не забуду этот взгляд, настолько он был полон жажды крови.
— Руфин, скажи, а как долго ты можешь продержаться в нечеловеческом обличии? — как бы невзначай, встав между ним и Нариной, осторожно поинтересовалась я.
— А… ну… это… в общем… — немного смутился он, (ага, совсем капельку, он был несказанно рад, что на него обратили внимание) — ну, всегда бывает по-разному, но самый большой рекорд три дня.
— Ага, и как он только действительно в животное не превратился — фыркнула Нарина.
— Ты просто завидуешь — гордо заявил Руфин.
— Чем крупнее у тебя животное, тем сложнее его контролировать — подражая Руфину, сказала Нарина.
— Мы пришли — торжественно объявил Мерлин, прежде чем Руфин успел сказать что-то в ответ.
Я огляделась. Мы остановились на небольшой холмистой поляне в триста метров от вулкана.
— Но ведь вулкан находится чуть дальше, разве нет? — ничего не понимая спросил Север.
Елена захихикала:
— Вулкан — да, а вот вход находится здесь.
Мерлин остановился возле самого большого из находившихся тут холмов, достал кинжал и, недолго думая, разрезал себе ладонь:
— Я Мерлин Де Бануар! В моих венах течёт магия огня! Прими же мою кровь и открой мне проход!
Тишина. Все напряжённо следят как кровь, медленно скатившись с руки, падает на землю.
Внезапно начавшееся землетрясение сбивает меня с ног, и я едва не роняю Мерлина, на которого я по случайности упала. Благо он сумел удержать себя и меня на ногах и не шлёпнутся вместе со мной на землю. Мне же пришлось вцепиться в плащ Мерлин, чтобы не упасть. Так мы и стояли, поддерживая друг друга, пока землетрясение не кончилось.
— Извини — пробормотала я, отойдя от него на шаг назад.
— В следующий раз будь осторожнее — спокойно произнёс Мерлин. (Ничего себе, это слишком спокойно. Хотя чему я удивляюсь, он же всегда такой.)
— Ого, круто, ты открыл нам проход! — радостно воскликнул, подошедший к нам Руфин.
Но, несмотря на радость в голосе, его глаза смотрели холодно и как-то недовольно, даже слегка раздражённо. Осмотрев меня с ног до головы, он кивнул своим мыслям и наклонился над проходом, изучая его изнутри. Эм, что это с ним? Он что обиделся?
К нам подошла Нарина и стала отчитывать Мерлина, за то, что он не предупредил нас о землетрясении. Мерлин же «попытался оправдаться», тем, что он и сам не знал, что всё так будет. Слушая его «безнадёжные» по словам Нарины отговорки, я почувствовала, что за мной кто-то наблюдает. Оборачиваюсь и перехватываю взгляд. Север. В его глазах раздражение, боль и отчаяние. Мы смотрим в глаза друг другу не больше секунды. Он отворачивается. Теперь раздражаюсь я. Да что с ними всеми сегодня такое?! На что эти двое дуются?! Что я сейчас сделала не так?! Разозлившись окончательно я подхожу к всё ещё «оправдывающемуся» Мерлину и Нарине и раздражённо спрашиваю:
— Мы идём или будем стоять, пока вход не закроется?
Мы шли по просторному проходу, который имел множество поворотов, будто бы огромная вытянутая кишка. Интересно, каким образом его построили? Спросила у Нарины. Какого же было моё удивление, когда я услышала, что у неё нет никаких предположений, каким образом он появился. Руфин лишь хмыкнул, но от дальнейших подколок отказался.(Ну да, сам же пойди про это вообще ничего не слышал.) Но Нариной это действие не осталось незамеченным, и она разразилась гневной тирадой, за которой последовали самые невероятные гипотезы о том, как появился этот проход. Каждая гипотеза легко принималась Руфином, который в свою очередь рассуждал насколько они были далеки от реальности. Наконец, Мерлин не выдержал и попросил разшумевшуюся парочку, заткнуться и строить свои невероятные теории чуть позже, пообещав, что в дальнейшем они и не такое увидят.
В какой-то момент я поняла, что туннель, по которому мы шли, преобразился. Если раньше нам приходилось идти, освещая себе дорогу двумя факелами, то теперь же это не требовалось. С потолка по стенам струились огненно-красные тоненькие и хрупкие на первый взгляд лианы, которые полностью осветили всё пространство. Заинтересовавшись, я подошла к одной из них.
— Нравятся? — спросил у меня Руфин. Причём в первый раз за всю нашу прогулку под землёй. Неужто мириться, пришёл?
— Красивые, — согласно кивнула я.
