Сьюзен хотелось убежать, но чувство долга заставило ее задержаться.
– Пошлите за говядиной к Рипфорду, а масла купите в деревне.
– Так и сделаем, мэм, – сказала кухарка и, взглянув на Сьюзен, воскликнула: – С вами все в порядке, дорогая?
От перехода делового разговора к задушевному Сьюзен чуть не расплакалась, но справилась с собой и умудрилась даже улыбнуться:
– Все в порядке. Просто мне нужно еще раз побывать в помещичьем доме.
– Конечно, идите. Мы справимся.
– Да, я знаю. Спасибо.
Сьюзен вышла из кухни, жалея, что не смогла попрощаться со всеми. Она хотела было выйти незаметно через боковую дверь, но парадный вход находился ближе всего, поэтому она пересекла холл, направляясь к нему. Там стоял какой-то мужчина. Неужели Кон? Нет, слава богу, не он, а всего лишь лейтенант Гиффорд. Но и с ним тоже нужно было поговорить перед отъездом.
– Что привело вас сюда, лейтенант?
Он посмотрел на нее и покраснел. С чего бы это? Сьюзен торопливо оглядела свою одежду, вдруг что-нибудь не так.
– Я пришел к графу, миссис Карслейк. Служанка уже пошла доложить ему об этом.
Пришел, чтобы поговорить с Коном? О чем? О контрабандистах? Кон почти уверен, что Дэвид и есть капитан Дрейк, и может как-то это выдать… И она ничего не сможет предотвратить!
– Извините, сэр, меня ждут дела.
Она хотела было обойти его, но он преградил ей путь и жестко произнес:
– Я предпочитаю, чтобы вы на некоторое время составили мне компанию.
У нее промелькнула безумная мысль: уж не собирается ли он сделать ей предложение? Здесь? Сейчас?
Она сделала шаг в сторону, произнеся:
– У меня неотложное дело, лейтенант…
Он опять преградил ей путь:
– У меня тоже. То, что я собираюсь сказать, важно для вас.
Черт бы его побрал! С минуту на минуту здесь может появиться Кон или служанка, которую к нему послали. Она толкнула Гиффорда обеими руками в грудь, но он крепко схватил ее за запястья.
– Отпустите меня немедленно! – потребовала Сьюзен, не решаясь позвать на помощь. – Лорд Уайверн сейчас будет здесь, и ему не понравится то, что он увидит.
– Значит, он до тебя уже добрался?
– Что-о? – завопила она. – Видно, кто-то из нас двоих сошел с ума.
Он быстро огляделся, нет ли кого-нибудь поблизости. Физиономия у него покраснела от возбуждения, глаза похотливо горели.
– Я, может, и не поверил бы этому, но видел собственными глазами вас в саду. Только любовники могут так смотреть друг на друга. А я-то был так деликатен, так вежлив!..
– Лейтенант…
– Жиль, Сьюзен. Зови меня Жиль.
Она заставила себя расслабиться в его руках и спокойно сказала:
– Очень сожалею, лейтенант, но я никак не могу выйти за вас замуж…
У него изумленно округлились глаза. Мгновение он помолчал, потом рассмеялся:
– Милая леди, я вовсе не имею в виду женитьбу. Я хочу того же, чем насладился капитан Лаваль.
Силы небесные! У нее чуть ноги не подкосились. Она всегда боялась, что тот мерзавец будет хвастаться перед другими офицерами, хоть это и было бог весть когда…
– Не понимаю, о чем вы.
– Лаваль говорил, что ты горячая штучка, а теперь я и сам вижу. Граф провел здесь всего две ночи, а уже поймал тебя. Теперь моя очередь. Ты красотка: любого заведешь с пол-оборота, особенно когда на тебе это серое с белым платье, а волосы убраны под чепец…
Он подтолкнул ее к столу и, плотоядно облизнувшись, навалился на нее, пытаясь коленом развести бедра.
– Вы сошли с ума! – сдавленным шепотом возмутилась Сьюзен. – Немедленно отпустите меня!
– Простой вояка после графа тебя не устраивает? – Гиффорд навалился сильнее, кромка стола врезалась ей в спину.
– Прекратите, или я закричу! – прошептала Сьюзен, хоть и знала, что в таком случае придется рассказать Кону про Лаваля. Что делать?
– Не закричишь. Иначе твой братец, капитан Дрейк, окажется на виселице.
У нее перехватило дыхание. Он знает. Нет, скорее всего догадывается.
Она заставила себя посмотреть ему в глаза и изобразила крайнее удивление:
– Дэвид? Контрабандист? Да вы с ума сошли!
– Это вряд ли. Он сын Мела Клиста, а ты его дочь.
Он отступил на шаг и ослабил хватку, уверенный, что теперь она никуда не денется, а Сьюзен не знала, как поступить: убежать или дослушать, что еще ему известно.
– Я-то удивлялся, почему ты до сих пор не замужем! Ты ведь никакая не мисс Карслейк из помещичьего дома, а незаконнорожденная дочь контрабандиста и шлюхи и, судя по тому, что я слышал от Лаваля, недалеко ушла от своей мамаши.
– Что бы он там ни говорил, все это ложь. Лет пять назад он действительно пытался меня соблазнить, но получил от ворот поворот.
Она заметила тень сомнения в его взгляде и решила использовать свое преимущество.
– А о вас, лейтенант, я была лучшего мнения. Вот уж не думала, что вы можете поверить пьяной болтовне!
– Он не был пьян, а сказал это перед смертью. Мы с ним, оба раненые, лежали на одном матрасе в лазаретной палатке после битвы при Албуэре. Я выжил, а он умер. Мы разговаривали о доме, вот он и вспомнил о тебе: красивой, хорошо воспитанной леди, у которой мать, оказывается, была шлюхой, так что никаких выдумок.
Сьюзен не знала, что сказать, но испытала огромное облегчение, узнав, что Лаваля больше нет.
