— Зато на спине горб такой отличный! — утешила нассамиха. — Можно ездить, как в седле. И грузы возить удобно.
— Кому ездить? Чего возить? — волчком завертелась Любаня, пытаясь увидеть свой горб. — Я сейчас с ума сойду!!!
— Не-а, не сойдешь, — скептически ухмыльнулась нассамиха. — Мы, нассамихи, крепкие, нас ничем с пути не сбить и с ума не свести! Зато вот мы — кого угодно! Ведь в этой жизни все зависит от нассамих, верно?
— Верно-то верно, — остановилась Люба. — А вот ты, по-моему, сказала, что я сама себя такой сделала. Говорила? Ну-ка, объясни, что ты имела в виду!!!
— Да за милую душу! — охотно согласилась нассамиха. — Мы, нассамихи, природой очень даже здорово устроены. Выносливы необычайно, отдыха нам почти и не надо, отдыхаем в процессе, хоть на бегу, хоть стоя. Туловище у нас объемное, потому как мы подкожный жир накапливаем, в качестве зашиты. Зато и не пробьешь нас ничем, все в жировой прослойке увязнет!
— Мамочка-а-а-а…. Три месяца диеты псу под хво-о-о-ост!!! — простонала Люба, хватаясь за бока.
— Окорочка у нас мощные, накачанные, потому как приходится преодолевать большие расстояния и много времени на ногах проводить, — продолжала нассамиха. — На животе сумка, очень вместительная. Туда и детенышей можно посадить, и продукты положить. Если что не уместилось — так еще защечные мешки имеются.
— А туда, что ли, мужа сажаете? — ехидно осведомилась Люба.
— Нет, зачем туда? Для мужа у тебя горб есть, он же седло. Сел и ножки свесил — удобно и не сползает. Ну, если совсем уж квелый — уздечку смастеришь. Мы, нассамихи, изобретательные, да же?
— Ну же, — угрюмо буркнула Люба. — Только анатомия у нас… странная какая-то.
— Может, кому и странно, зато нам удобно, — рассудила нассамиха. — Уши прижаты плотно к голове, это чтобы нам лапшу на уши не вешали. А то знаешь, прилетят лапшисты, они такие прилипчивые, такие навязчивые, лапши потом не оберешься.
— А зубы и когти нам такие зачем, тоже от лапшистов отбиваться?
— Нет, это для другого. Зубы надо показывать — чтобы тебя все побаивались и близко не подходили. Безопасность тоже зависит от нассамих. А когти — землю рыть, ходы прокладывать, ну и, в случае чего, когти рвать! Слышала такое выражение?
— Слышала, — вздохнула Любаня. — Чего там у нас еще есть, чтобы от жизни отбиваться?
— Хвост еще, — тут же вспомнила нассамиха. — Орган равновесия, хватания, цепляния и волочения. Можно прицепиться и волочиться, сколько угодно. Очень прочный.
— А почему у нас нос такой длинный? — жалобно спросила Люба, скосив глаза на нос.
