Вид одинокого президента в метро не смущал редких пассажиров, и этот факт огорошил его ещё больше. «Что ж, - продолжая искать утешения, подумал Виталий Александрович, - в конце концов, а чему здесь удивляться? Я такой же человек, как и они, и почему бы мне не воспользоваться метро? Это даже необычно – один, без охраны, кругом люди…» Он принялся с интересом разглядывать рекламные щиты на стенах метро, пока эскалатор перемещал его в недра земли. «Тысячи людей ежедневно занимаются этим, - говорил сам себе президент, - реклама сближает меня с народом». Но потом он вспомнил об абсурдности происходящего и ускорил шаг, не позволяя мыслям о народе отвлечь его от мыслей о двоевластии.
Он благополучно добрался до Кремля, в котором, несмотря на поздний час, везде горели окна. Охрана беспрепятственно пропустила его в башню.
Стараясь сохранять самообладание, но внутри кипя от гнева, Виталий Александрович вошёл в свой рабочий кабинет и в угрожающей позе завис над Стасом. Несколько секунд он сверлил его уничтожающим взглядом, потом сдержанно произнёс:
- Молодой человек, кто позволил Вам занять моё кресло и вообще распоряжаться судьбой страны, не будучи избранным народом? Что это за нелепые приказы, которые Вы подписываете? И куда смотрит охрана?!
Этот вопрос был обращён присутствовавшему начальнику безопасности, и тот недоумённо захлопал глазами.
- Виталий Александрович, разве имели место правонарушения?
- Хорошо, - снова сделал усилие овладеть собой президент, и указал на мальчишку, - если этот ребёнок не правонарушитель, тогда кто же он?
- Президент, - не понимая, почему его спрашивают о столь обычном явлении, ответил начальник безопасности.
- Какой президент?! – Виталий Александрович с трудом держал себя в руках.
- Станислав Георгиевич Алкин.
- Так, - он на мгновенье замер и пристально посмотрел на начальника, - тогда кто, по-вашему, я?
- Президент, - уверенно отчеканил тот, - Родионов Виталий Александрович.
- А теперь послушай, - Виталий Александрович вышел из себя и схватил за грудки трясущегося от страха и непонимания, чего от него хотят, мужчину, - как может быть такое, что у страны два – 2! –президента?! – он взмахнул перед ним двумя пальцами. – Вы что, все вздумали меня разыграть? Я завтра же поувольняю всю охрану и Вас в первую очередь – за такие розыгрыши!
- Виталий Александрович, - поднялся из-за стола Стас, - он ни в чём не виноват! У Вас отличная система безопасности…
- Итак, значит, всё-таки, у Вас?! То есть у меня? – вплотную придвинулся к нему президент. – Может быть, тогда ты объяснишь мне, что происходит?
Стас опустил голову и исподлобья взглянул на президента. Если бы он мог объяснить! Он и сам не понял, откуда взялся настоящий президент, но был безумно рад этой встрече. Пожать бы ему руку!
Неожиданно в кабинет вторглась толпа журналистов с их неизменной аппаратурой, и окружила обоих президентов.
- Виталий Александрович, Станислав Георгиевич, у вас есть несколько минут, чтобы подготовиться для новогоднего обращения президента к согражданам, - предупредили их журналисты, размещая камеры и микрофоны и нисколько не смущаясь тем фактом, что снимать придётся обоих.
- Какое обращение? – брови Виталия Александровича поползли вверх.
- Новогоднего, - повторил Стас, поднимая бокал с шампанским, - до боя курантов осталось пятнадцать минут.
- Что за нововведение? Новогоднее телеобращение всегда шло в записи! – возмутился Виталий Александрович. – Ты хочешь сказать, что мы выходим в прямой эфир? Кто допустил это?!
Он бессильно опустился на стул и закрыл глаза, понимая, что не в его силах влиять сейчас на ход событий. Стас участливо протянул ему бокал с шампанским.
Дарья вовсю веселилась, наблюдая за царившем в Кремле абсурдом, но когда Виталий Александрович в изнеможении сел, её охватила жалость, и ей захотелось загладить свою вину перед этим человеком. Если этого не сделать, президент проснётся в гнетущем настроении. А ей не хотелось подвергать свою родину риску быть управляемой невыспавшимся человеком.
Она рассталась с невидимостью и соткалась прямо из воздуха на глазах журналистов и президентов.
- Новый Год уже прошёл, - мягким успокаивающим голосом произнесла она, - Вам не о чем тревожиться, Виталий Александрович, - с этими словами их осталось в кабинете трое: исчезли журналисты, аппаратура и начальник безопасности.
- Кто Вы? – устало и безразлично спросил президент. – Третий претендент на моё кресло?
- Что Вы! – рассмеялась Дарья, и Виталий Александрович тоже невольно улыбнулся, обезоруженный её искренним смехом. – Я всего лишь путешественница и выдумщица. Простите меня за то, что Вам пришлось пережить!
- Так это сделали Вы! – вскинул он на неё глаза, но в них не было злости, ибо президент, как и любой мужчина, был чувствителен к женской красоте. – Вы устроили весь этот спектакль! Скажите, как Вам это удалось?
