Противоречивое отношение к Лилайле вылилось в яркое, необузданное отношение к ее вечеринке. Кто-то клялся, что ни за что там не покажется, кто-то надменно размышлял о том, что же там будет, а кто-то жаждал получить наконец свой глоток свободы!
Девушки привлечены, а за ними, подобно обезумевшим от новых ощущений, бежали парни. Ни один принц, ни один король, даже Владыка не видел столько обнаженных ног и приоткрытых плеч, столько видели ученики Академии в те знаменательные дни. Они лишились разума, и потому не могли сопротивляться, запирали своих сестер и женщин, но забывали про них, как только оказывались за пределами комнаты.
Также было еще одно невероятное послабление в честь такой вечеринки — в Академию разрешили приводить друзей, но не родителей, только тех, кто мог бы развлекаться. Узнай Короли о происходящей вакханалии и падении нравов, глядишь всех бы и разогнали быстро.
На вечеринке обещали танцы и совсем не такие, как приняты при дворе.
Кастиль подняла глаза от тарелки, когда перед ней, согнав других девушек, села принцесса. Взгляд блондинки хоть и не полнился той ненавистью, что раньше, но и добрых чувств отнюдь не открывал. Под играми огней сверкали светлые волосы, хищные черты лица: острый носик, треугольные губы, вытянутые уголки век.
— Есть разговор, — произнесла Лилайла, наблюдая как медленно из женских рук падает столовый прибор. — Собираешься ли ты посетить вечеринку?
— Это что… — зазвучал насмешливый, вместе с тем разгневанный голос. — … личное приглашение?
— Тебя давно не видно, думала будет жалко, если ты пропустишь танцы. Мне сказали ты их обожаешь. Ну так?
Если бы Кастиль ела, она бы поперхнулась, но так девушка приняла лишь растерянно-нагловатый вид.
— Ты о чем говоришь вообще? — заявила она с претензией. — Думаешь если я обручилась с твоим братом, то все забыто и мы будем подружками? Да ни за что! Ты увела у меня жениха, опозорила меня перед семьей, а для того, чтобы остаться в Академии просто показалась на его руках на площади! Знаешь, я бы не удивилась, если это все было лишь представлением! — Она порывисто встала, негодуя. — Тебе вообще известно, что мне пришлось пережить, когда семья узнала о том, что Асмодей сорвал помолвку? Они бы разорвали меня, если бы не предложение Лайлэна!
— Злись на меня сколько тебе угодно, но не забывай, что бросил тебя Асмодей, а не я, — спокойно парировала принцесса. — Думаешь, я хочу быть с ним? Наоборот. И уж извини, что я ему нравлюсь больше, на то свои причины.
Кастиль цокнула, закатила глаза и собралась уйти, как вдруг была схвачена за руку.
— У тебя есть возможность помочь мне покинуть Академию как можно скорее, и при этом оставить Асмодея ни с чем. Как ты на это смотришь?
Кастиль не смогла сдержать приятного изумления.
Хриз вытащил Лилайлу из какой-то неясной тени. Вдвоем они простояли прижавшись к задней части стены, обдуваемые ветром, пока из щели не выполз ящер парня, знаменуя, что путь чист. Мильен ждал их у одного из входов в Академию, где из-за обилия гостей, идущих через парадный вход, его не было видно. Все трое столпились в кучку и стали переговариваться.
— Он искал тебя. Вилькеса я не видел. Зачем не знаю, но тебя они вроде не видели.
— А Асмодей что?
— Хрен знает где он. Я его не нашел, но плюс в том, что и он нас не ищет. В зале все готово, напитки, еда, темных столько, что я не уверен, что мы все поместимся.
— Не забывай, что без него это все не имеет смысла!
— Он будет, невозможно было не узнать, кто организатор вечеринки.
— Очень на это надеюсь, только скажи, к чему нам готовиться?
Лилайла посмотрела в сторону. Глаза ее долго бродили по прибывающей толпе, пока вдруг она не улыбнулась кому-то. Парни посмотрели туда же, и только через десять секунд знакомые головы выделились для них на общем фоне. От неожиданности, не доверяя собственным глазам, они растерялись и стали значительнее прежнего вглядываться.
— Для начала к этому, — шепнула им Лилайла и вышла на площадь.
— ЛУ-У-У-У-У-У-У! Я ЖДАТЬ НЕ МОГ! — донесся громкий возглас, на который многие гости обернулись.
Мильен с Хризом пришли в себя. На лицах выступили полоумные улыбки. Они так обрадовались, что, растолкав учеников, побежали навстречу к друзьям, не заботясь о чьих-то недовольных возгласах. Трое парней, весьма разных и по характеру, и внешне, накинулись на другую троицу. Начались слова приветствия, особенные разговоры, какие могут вести лишь давние друзья, крепкие объятия и даже легкие удары по плечам.
— Хосмис, ты скоро на Хриза будешь похож! — засмеялся Мильен, рассматривая друга. — Сегодня мы не будем отходить от стола!
— Он не только похудел, Мел, — вмешался красноволосый Рикми, улыбающийся высокий крепкий парень с кучей веснушек и сильными руками, что не собирались отпускать принцессу. — Учитель его каждый вечер натаскивает на бой, а он все со своими защитами возится, скоро Язки-мри его вообще прогонит!
Все рассмеялись.
— Так вот зачем ты ездила в город, — тихо подметил Хриз, оживленный и подобревший. — Лучшего подарка ты не могла сделать.
