Зачем мне сдерживаться? Почему не убить двух зайцев одним выстрелом? Я отчаянно желала поквитаться с Мальро, чтобы помучался не меньше моего, но в то же время уже чувствовала неудовлетворенное желание. Потому что не надо так часто вспоминать! Очень хотела бы повторить наше уединение с брюнетом, но не могла — он сложный. Зато его кузен простой! И у нас уже была близость. Да, я толком ничего не помнила, но ведь факт оной имелся. Значит, от второго раза хуже не станет.
Логика, однако…
Но в данном состоянии мне было плевать на нее. Доводы казались весомыми, правильными, все в голове выстроилось в стройный ряд и указывало на Ройса, как на решение моей проблемы.
Я ехидно улыбнулась Дрэйку, дернула бровью и зашагала к Лиару. Вцепилась в его шею, встала на носочки и припала к губам. Вот так, посреди комнаты, сама.
Но моего запала хватило ненадолго. Как-то сразу совестно стало, неуютно. Я даже дернулась назад.
Однако мужчина уже перенял инициативу.
Что я творю? Как так можно? Все это неправильно!
Нельзя мстить одному, при этом используя второго.
Вот только Лиар целовал меня с упоением, уже двигался по направлению к кровати и явно собирался не отступать. А я что? Мне тоже хотелось. Внутри все свербело от неудовлетворенного желания, от жажды близости с мужчиной, хоть и с совсем с другим. Но Дрэйк не подходил в этом плане. Ему только волю дай, и придется встать на колени, ведь я грязь…
Да, совесть еще бубнила на ухо, взывала к разуму. А тот демонстративно умывал руки, потому что в данной ситуации я уже не контролировала себя.
— Наверх, — произнесла на выдохе, оторвавшись от Лиара. — Не хочу при посторонних.
Ройс усмехнулся. Подхватил меня под ягодицы, снова выловил мои губы и понес по лестнице. Удавалось плохо. Ступени жалобно скрипели. Мы врезались в центральный стояк, в перилла. Я уже забралась под его рубашку и с наслаждением исследовала рельефное тело.
А едва мы оказались в моей комнате, сразу включился мозг. Я даже смогла высвободиться, посмотреть мужчине в глаза, намереваясь сказать, что передумала, погорячилась. Вызывающая сцена случилась. Дальше можно не стараться…
— Нет, Ви, поздно, — словно прочел он мои мысли и вжал в свою грудь. — Попользоваться мной решила? Думаешь, дурак и ничего не понял? Так пользуйся сполна, я не против.
Он упал вместе со мной на кровать. Оказался сверху.
— Лиар, — отрицательно покачала я головой.
— Лежи и получай удовольствие, нежная, красивая Вивиан. Я сам собой попользуюсь, договорились?
— Лиар, прости, я вправду…
— Тебе понравится, — подмигнул он и, пробравшись ладонью под платье, задел пальцем сосок.
Я перехватила крепкую руку. Внимательно посмотрела на него. Мужчина продолжил поигрывать с моментально затвердевшей горошиной, при этом больше ничего не делая. Был непривычно серьезен, но улыбался глазами. Казалось, готов отступить, только попроси, но вознамерился сделать все, чтобы этого не случилось.
— Лиар.
— Ты тоже хочешь. Спорим?
Я невольно свела бедра. Вздрогнула, когда он ущипнул за сосок, почувствовала распространяющееся по телу напряжение. Должна была отказаться, потому что все это неправильно, и я последняя дура, которая поддалась внезапному приступу гнева. Но ведь мужчина прав, хотела.
Он наклонился, так и не дождавшись ответа. Поцеловал подбородок, двинулся сводящими с ума прикосновениями губ вниз, попутно избавляясь от платья. Задержался над моею грудью, будто залюбовался ею. Прикрыться бы, попросить, чтобы не смотрел, но от понимания, что ему нравилось, что я вызывала восторг, тело попросту плавилось. Ройс вобрал в рот сосок, потянул через увлажненную плоть воздух, опаляя, заставляя забыть, что кроме нее вообще что-то существовало. Только призывно торчащая горошина, требующая внимания. Лиар ладонями принялся исследовать плоский живот, круговыми движениями опускался все ниже, обещая, подогревая, возбуждая.
Я старалась не реагировать и перекатывала на языке решительное «Нет». Мысленно произнесла сто раз, но поджимала губы. Ждала чего-то, малейшей ошибки, явной грубости, чтобы очнуться и запротестовать.
Но мужчина знал, что нужно делать. Оторвавшись от одной груди, начал поигрывать со второй. Уже скользнул пальцами между моих ног, словно невзначай задел самую чувствительную точку и погрузил их в лоно. Боже, как приятно! Стрельнул в меня глазами, узнав, насколько мокрая. Не усмехнулся надменно, будто прав, доказал мне очевидное, наоборот, вознамерился показать, что не пожалею и поступила правильно.
— Ты сейчас необычайно красивая, — произнес он, медленно спускаясь поцелуями вниз. — Как же мне повезло с тобой, Ви.
Захотелось прикрыться от смущения. К чему эта лесть? Нет во мне ничего особенного, не надо подобного говорить. И смотреть не надо. И вообще…
По чувствительно коже бедер скользнул холод — Лиар развел их. Блеснул голодом в глазах. Меня выгнуло от одного-единственного прикосновения к клитору. Я сжала в кулаках покрывало. Нужно остановить, пока не поздно, сейчас!
