– Кости? Ты же знаешь, я не увлекаюсь азартными играми! Кроме того, собираюсь навестить своего кузена Гидеона.
– Не будь занудой! – запротестовал лорд Гейвуд, но герцог остался непреклонен в своем отказе сопровождать его в игорный дом, и после ужина они расстались.
Гейвуд отправился играть в кости, а герцог зашагал в Олбани, где снимал квартиру капитан Уэйр. Капитан жил на втором этаже недавно построенного здания, к двери которого вела лестница из одного пролета каменных ступеней. Взбежав по ней, герцог постучал в дверь кузена. Ему открыл крепко сбитый тип грубоватой внешности с выправкой и повадками старого солдата. Он несколько мгновений смотрел на герцога, а затем воскликнул:
– Это вы, ваша светлость!
– Привет, Рагби! Мой кузен дома? – ответил Джилли, входя в маленькую прихожую и кладя шляпу и трость на столик.
– О да, ваша светлость. У него сейчас мистер Мэтью. Я уверен, он будет ужасно рад вашей светлости. Позвольте ваше пальто, сэр.
Освободив герцога от верхней одежды, слуга уже хотел доложить об этом визите, но Джилли остановил его, покачав головой, и без всяких церемоний вошел в гостиную кузена.
Это было удобное квадратное помещение с окнами, выходящими на небольшой балкон, и раздвижными дверями в спальню капитана Уэйра. Комнату освещали свечи, в камине горел огонь, а в воздухе висели клубы сигарного дыма. Мебель трудно было назвать новой либо элегантной, да и особой аккуратностью обстановка не отличалась. Герцогу, в жилище которого даже диванные подушки всегда лежали на строго отведенных для них местах, благодаря такому хаосу из шпор, хлыстов, календарей скачек, всевозможных приглашений, пивных кружек и газет, эта гостиная казалась очень уютной. Ему здесь было хорошо, и всякий раз, входя сюда, он испытывал укол зависти.
У стола красного дерева сидело двое мужчин. Все говорило о том, что они только закончили ужинать. Один из них был светловолосым молодым человеком в щегольском жилете. Второй – высокий брюнет, года на четыре старше герцога – развалился в кресле во главе стола, положив длинные ноги на стул и сунув одну руку в карман белых панталон из оленьей кожи. Алый форменный сюртук он сменил на халат, а сапоги – на расшитые турецкие шлепанцы. Его родство с сэром Лайонелом Уэйром было очевидным благодаря высокой переносице, холодным серым глазам и упрямым складкам у рта и подбородка, придававшим лицу несколько угрюмое выражение. Но ему также была свойственна обаятельная улыбка, видеть которую позволялось лишь тем, к кому он испытывал искреннюю привязанность. Он поднял голову на звук открывшейся двери, прищурился, и эта улыбка тут же приподняла один уголок его рта.
– Адольфус! – лениво протянул Гидеон. – Не ждал, не ждал!
Светловолосый юноша, до того момента уныло созерцавший остатки портвейна в своем бокале, вздрогнул и оглянулся, насколько ему позволял сделать это невероятно высокий и накрахмаленный воротник сорочки.
– Джилли! – воскликнул он. – О господи! Что ты делаешь в городе?
– А почему бы мне не быть в городе? – несколько раздраженно отозвался герцог. – Если уж на то пошло, что
– Я остановился здесь по пути в Оксфорд, разумеется, – откликнулся его кузен. – Бог ты мой, как же ты меня напугал, ворвавшись сюда без предупреждения!
К этому времени герцог успел осмотреть все великолепие костюма своего младшего кузена. Помимо удивительного полосатого жилета, облачение Мэтта состояло из невероятной высоты восточного галстука, накрахмаленного жабо, экстравагантного покроя сюртука с подбитыми плечами и пуговицами размером с крону, а также ядовито-желтых штанов. Мэтью закрыл глаза и еле слышно пробормотал:
– Гидеон, у тебя есть бренди?
Капитан Уэйр ухмыльнулся.
– Наш малыш – настоящий щеголь, не правда ли?
– Мэтт, я надеюсь, ты не собираешься ехать в этом виде в Оксфорд? О боже, Гидеон, ты только посмотри на его панталоны! В Магдалене он произведет фурор!
– Джилли! – густо покраснев, возмутился Мэтью. – Ты дразнишься только потому, что сам не следишь за модой! Это последнее веянье! Я и тебе советовал бы купить такие же.
– Нет, это выше моего понимания, – отозвался герцог, качая головой.
Он поднял голову и с улыбкой посмотрел на Гидеона, который уже выбрался из своего кресла и теперь возвышался над ним.
– Гидеон, – с довольным видом обратился герцог к кузену, – мне поручили так много тебе передать, но я все забыл.
– Ты хочешь сказать мне, Адольфус, что оборвал поводок и сбежал? – поинтересовался Гидеон.
– О нет! – с глубоким вздохом откликнулся Джилли. – Вообще-то я хотел, но без Белпера, а также Скривена, а еще Чигвелла и Борроудейла с Неттлбедом, и…
– Хватит! – рявкнул Гидеон. – Хватит напускать на себя важный вид, малыш! Тебе это совершенно не к лицу. Лучше скажи, мой уважаемый папенька в городе?
– Нет, я один. Не считая, разумеется, Неттлбеда, а также Терви и… Но не буду утомлять тебя своей значительностью!
