Парня затягивает. Когда между их губами остается меньше пары сантиметров, он тянется вперед и приоткрывает свои. Чувствует, как сердце замирает в предвкушении и ожидании. Внутри поднимается волна радости, что вот сейчас, прямо сейчас, произойдет еще один шажочек вперед, который они сделают вместе. Что сейчас он ощутит эти тонкие обветренные губы на своих. Что сейчас почувствует, какого это - когда мелкий, худой, сильный, невозможный и вредный Локи целует его…
Мальчишка вдруг со смехом отталкивается, снова садясь ровно. Чужая светловолосая голова откидывается на мат, и внутри Одинсона что-то горько скручивается. Рвется.
Но он молчит. Сжимает челюсти, ощущая захватывающий его гнев, смешанный с болью, судорожно зло дышит и снова дергается. Чувствует, как оказавшиеся сильными бедра удерживают его на месте.
— Вот. То, что нужно, «колючка», — мальчишка удовлетворенно кивает и медленно кладет правую ладонь на то место, где глухо бьется чужое сердце. Спрашивает: — Что ты чувствуешь?.. Что ты чувствуешь здесь прямо сейчас, а?
— Да пошел ты! Ублюдок. Живо слезай с меня и проваливай, пока я тебе башку не открутил! Думаешь, это так забавно, да?! — Тор вскидывается, дергается и яростно раздувает ноздри. — Думаешь, так смешно?!
— Я — нет. Но знаю, кто так точно думает… — Локи спокойно наклоняет голову чуть на бок и спрашивает снова. — Что ты чувствуешь, Тор? Прямо сейчас ты должен…
— Нихрена я тебе не должен, подкидыш! — он кривится, бегло отводит взгляд и продолжает зло судорожно пытаться вырваться. Хоть Локи и не настолько сильный, чтобы удержать его, но неудобная поза и обездвиженные руки делают своё дело. — Как же жаль, что я не добил тебя, когда был удобный случай! Как же!..
— Успокойся, — Локи отвешивает ему оплеуху, и парень замирает. Буравит его взглядом. — Скажи мне! Просто, блять, скажи, что?! Ты! Чувствуешь?!
— Больно мне! Больно, ясно тебе?! — Тор огрызается, кричит и несколько раз с силой бьётся затылком о поверхность матов. И вдруг затихает, когда Локи быстро наклоняется и подкладывает ладошки под его голову. — Можешь считать, что выиграл и начать смеяться! Поздравляю, ублюдок, тебе удалось меня унизить! Отлично! Можешь считать это своим достижением! — он поворачивает голову на бок и зажмуривается, замирает.
— Наконец-то, — Локи покровительственно улыбается уголком губ и аккуратно кладет вторую ладонь на немного влажные от пота потемневшие пряди. Пропускает их сквозь пальцы. — Я уж думал не дождусь этого от тебя. Так много гадостей наговорил… — Он дожидается, пока «брат» медленно откроет глаза, спокойно поджимает губы, видя невозможно яркую уязвимость в голубых зрачках. — Я унизил тебя, оскорбил, и тебе больно. Вот здесь… — мальчишка вытаскивает руку из-под чужой головы, аккуратно опускает затылок на мягкий настил и мягко постукивает указательным пальцем по коже прямо над сердцем. Кивает. — И из-за того, что тебе больно, ты почувствовал себя уязвимым, ты начал защищаться, — Тор сглатывает, все еще смотря в невероятно красивые глаза и думая, что его сердце, такое глупое, похоже, сделало не самый верный выбор. Потому что только что ему причинили боль, но вот секундная нежность, ласка, и оно снова бьется часто, надеясь на что-то…— И я просто не могу понять, почему после того, как Джейн тоже сделала тебе больно, после того, как она предала тебя, ты не собираешься защищаться. Просто скажи мне, в чем разница?
— Я… — в горле отчего-то пересыхает. Он сглатывает, отводит глаза, но почувствовав, как тонкие пальцы мягко тянут за пряди, снова смотрит на Локи. — Я не хочу, чтобы она ненавидела и презирала меня. Не хочу, потому что все еще дорожу ей…
— Но ведь она же сделала больно тебе. Она же…
— Перестань, — Тор хмурится, в его голосе проскальзывают просительные нотки. Мальчишка вскидывает бровь, желая, чтобы он объяснил. — Не трогай её, она сама выбрала его и это уже не моя забота. Просто… не нужно, Локи. Ведь если бы Ванда…
— Я бы отомстил. Ты можешь сейчас сказать, что у меня нет моральных принципов, но у меня есть только я, и себя я в обиду давать не собираюсь. Ванда это или нет, — он качает головой, будто на автомате мягко массирует пальцами голову парня, и усмехается напоследок. — Только вот такого не произойдет. Она слишком прочно привязана ко мне.
Тор вздыхает и прикрывает глаза. Ничего не отвечает.
Локи чувствует себя странно. Медленно чуть сдвигая ноги, выпуская из захвата сильные руки, он тихо цокает. На пути сюда он даже представить себе не мог, к чему в итоге приведет его желание поговорить. Хотя, все вроде бы прошло довольно… Неплохо?..
Впрочем, почему прошло? Он ведь так и не добился чего хотел.
— Про кого ты говорил тогда?.. — только Локи хочет задать еще вопрос, но не успевает. Тор открывает глаза, хмурится, спрашивая: — Когда сказал, что знаешь того, кто считает забавным причинение боли и…
