Когда в тот же четверг он понимает, что не может уснуть, на часах почти два ночи. Он не знает, сколько уже бодрствует. Знает лишь, что с прошлой субботы на воскресенье спал нормально последний раз. Наутро подушка была соленой, но спал-то он нормально, так что..
Также он помнит, что на этой неделе не вел конспекты на нескольких уроках биологии, математики и психологии. Скорее всего, это были те моменты, когда его организм давал сбои, и его вырубало.
И Локи бессовестно сваливает все на нервы. Мол, скоро приедет Ванда, ура-ура, но так волнительно..
Он сваливает все на нервы до того момента, пока Пьетро не говорит, что мог бы встретить ее и сам. Без него.
Это происходит в пятницу. И разбивает ему сердце. Кажется, он плачет, заперевшись в туалете, но не помнит этого. Похоже, уставший истощенный организм снова его выключает..
И вернувшись домой, мальчишка весь вечер проводит за какой-то новой книгой. Она на пару часов делает мир чуть более черно-белым. Как только он захлопывает ее, все снова погружается во тьму..
Это происходит в черт знает какое время, но на улице еще/уже темно. Он поднимается с постели, понимая, что ему нужен чай. Желательно — ромашковый.
Еще более желательно — с убойной дозой снотворного/антидепрессивного/«чего-нибудь, пожалуйста, я хочу чувствовать»..
Выйдя из комнаты, он невольно ударяется плечом о косяк и шипит. Поджав губы, потирает руку.
Мелькает мысль, что если начинается беда с координацией движений, то значит, возможно, наверное, все-таки нужно бы к врачу.. Она мелькает, и вот ее уже нет. Он идет дальше.
Спускается тихо-тихо, на первом этаже темно. Он трёт глаза, устало, медленно включает лампочку над духовкой в кухне. Тут же щурится. Ойкает.
Поставив чайник, ищет ромашковый чай или хоть что-нибудь на травах. Находится оно естественно не сразу.
— Не спится? — Тор подкрадывается неслышно. Локи вздрагивает, роняет бумажную коробочку с чайными пакетиками. Судорожно пытается поймать её, но ничего не выходит.
— Напугал, — коробочка шумит по столешнице, но не сильно. Мальчишка надеется, что не потревожил сон «родителей». — Да, бессонница..
До него не сразу доходит, что они впервые разговаривают за последние шесть..Семь дней?.. Ведь уже суббота или еще пятница?..
Локи вздыхает, снова трёт слезящиеся глаза. Он уверяет себя, что не плачет, но помогает слабо. Он просто хочет, чтобы кто-нибудь сказал, что..
Что не будет делать ему больно.
Чтобы этот кто-нибудь солгал/наврал/обхитрил, а потом, возможно, все-таки сделал, но.. Сейчас сказал, что все хорошо.
Он очень хочет, чтобы все было хорошо. Он не может сам вырваться из этой тьмы..
— Ммм, а у меня доклад по истории, — Тор хмыкает, тоже достаёт чай, черный, и две кружки. «Брат» благодарно кивает.
Нагревающийся чайник разбавляет тишину, но недостаточно. Локи чувствует повисшее напряжение.
— Слушай, в ту субботу я немного погорячился.. — Тор устало вздыхает, проводит рукой по волосам, ероша их. Он видит, насколько Локи исхудал, насколько стал безразличным, и ему от этого больно. Больно, потому что знает, что может помочь, но ничего не делает. — Я беру все свои слова назад. Я не должен был так говорить. Прости.. меня.
Он поворачивает голову в сторону Локи. Тот поджимает губы и молча кивает.
Внутри него где-то в животе взвивает рой бабочек. Они красивые, разноцветные и яркие, он чувствует себя намного лучше. Наконец, верит своим догадкам о том, что Тор в запале просто говорил все самое обидное, что мог; верит, что парень не хотел его обидеть. И кажется, становится светлее.. Кажется..
Это состояние длится ровно несколько десятков секунд. Липкая грязная тьма с чавканьем пожирает его прелестных бабочек.
— Так.. Я слышал, ты сдружился с кем-то?.. — он просто пытается найти предлог, чтобы разговорить мальчишку. На самом деле Тор и так знает, что тот дружит с Пьетро последние две недели, также знает, что сейчас они немного разошлись, что ли, и..
— Да парень один, Пьетро.. — он снова трёт глаз, опирается на столешницу. В голове душно, вязко. Теперь до него еле доходит, что говорит Тор.
— Твой парень?.. — Одинсон наливает себе воды, чтобы смочить горло, пристально смотрит на еле стоящего мальчишку, говоря первое, что приходит в голову.
— В смысле?.. А, нет. Нет.. — он качает головой, качает, снова трёт глаза. Усмехается. — Ты смешной. Нет, не только ты, ладно.. Почему все думают, что если я гей, то все парни, находящиеся в моем обществе, просто общающиеся со мной, тоже геи?.. Это странно..
— Я так не думаю.
— Ага, тогда зачем спрашиваешь?.. Еще скажи втюрился в меня.. — Локи заторможено зевает снова, не видит, как Тор на долю секунды замирает, услышав это. Чайник выключается.
— Если ты и по мальчикам, и по девочкам, то все проще.. Никто ничего не думает, — он прочищает горло, делая вид, что не слышал той фразы. Подвигает чашки.
— Ага, если бы, — мальчишка медленно кривит губы, качает головой, разливая кипяток в кружки. Убрав чайник, кидает пакетик, берется за ручку, ложкой в другой руке размешивая положенный заранее сахар.
