Подмастерье. Порученец полностью

— Возможно. Но недостаточно.

— Все так, как должно быть.

Мы медленно поползли вниз по стволу. Голову без тела я не нашел — и говорить об этом Смерти не стал. Мы долго брели назад, мимо гротескно узловатого дуба, вниз по холму, к машине. Здесь я задал вопрос, не дававший мне покоя после разговора со Стражем:

— Что мне делать дальше?

— Продолжать странствие, — ответил он. — Завтра я буду вне доступа, и вам предстоит сопровождать Глада. Я с ним уже договорился. Он говорит, что навестит вас ближе к обеду.

Смерть открыл дверцы автомобиля. Я сел, убравшись от дождя. Без мертвецов в салоне было тихо. Смерть метнул маску на заднее сиденье и сложил косу, завел мотор. Оставил его работать вхолостую и некоторое время глазел сквозь исчерченное дождем ветровое стекло. Наконец произнес:

— Я сожалею о том, что с вами произойдет.

Когда я вернулся в квартиру, уже занимался рассвет. Я был вымотан. Проковылял к двери, открыл ее с усилием, взобрался по лестнице и ввалился к себе. Подумал, не пролежать ли остаток ночи на полу, но последним усталым рывком встал и залез в постель, где вскоре провалился в сон.

Но сон изменился.

Я иду по берегу темной реки. Это самое драгоценное место на свете. Знаю: моя возлюбленная ждет меня.

Обычно мне здесь спокойно, однако чего-то не хватает. Пейзаж за моей спиной чужой: бескрайняя бесплодная равнина, усыпанная песком и красными камнями. Берег за рекой тоже иной. Где прежде были деревья и холмы, теперь я вижу лишь серый туман. Трудно сказать, где граница между рекой и сушей.

— Поднимите меня. Возьмите с собой. Не бросайте меня здесь.

Я опускаю взгляд. Голова без тела лежит у моих ног. В глазах у нее греза, она тянет меня к себе. Показывает мне края за туманом. Там зеленое поле в цветах, по ней катится красная стена огня, уничтожая все на своем пути. На поле пасется ягненок, и я бегу к нему, надеясь спасти его от пламени; склоняюсь подобрать его, но огонь пожирает нас обоих. Я кричу от боли. Смотрю на свои горящие руки…

…и подбираю голову…

…и греза рассеивается. Я по-прежнему бреду вдоль воды. Одинокая фигура ждет меня неподалеку, глядя в туман по ту сторону реки. Она стоит у лодки, в руках — длинный шест. Я чую, что это моя возлюбленная: вот оно, то самое место, где мы всегда встречаемся. Бегу к ней. Жар опаляет мне кончики пальцев. Я тянусь к ней, смеясь. Касаюсь ее плеча, она оборачивается.

Это тварь из кошмаров.

Теперь все несомненно. Случилось второе видение.

Была предзнаменована встреча на его собственной территории. Добрый знак: у него в этом тонком деле появилось преимущество. Но и тревожило тоже. Как простой полуживец мог проникнуть в его владения? Мало кому удавалось пересечь Реку и вернуться. Возможно, это существо — противник могущественнее, чем поначалу предполагалось. Надо будет применить предельную осторожность. Вероятно, придется даже проявить терпение. Награда требовала подобных жертв.

Прекрасная была греза. Все виделось таким ясным: он даже смог унюхать это существо! Вонь, конечно, отвращала: все верхнемирные таскали за собой дрянь и грязь жизни, но, что гораздо тревожнее, в этом смраде не было страха, не было желания склониться пред ним в приниженном ужасе — лишь тошнотворный запах бытия, вонь существа, исполненного решимости, как и он сам, достичь своей цели. Чтобы обхитрить такого, понадобится все мастерство.