Январин постоянно стремился до меня дотронуться. Передавая чайную чашку, как бы невзначай касался моей ладони, снимал с плеча невидимую нитку, а с волос – несуществующую соринку.
Это было так волнующе, что каждое его прикосновение отдавалось в моей груди вспышкой тепла, а на щеках расцветал румянец.
Матвей ушел домой, когда на небе появился серебряный месяц. Вернее, это я его выпроводила, потому как добровольно он уходить не спешил и ежечасно продлевал свой визит «на пять минут», чтобы рассказать очередную байку. Я видела: Матвей не против остаться у меня до утра, однако невинной ночевкой на диване его визит бы не ограничился. Я же переводить отношения на столь высокий уровень пока не хотела.
Январин мне очень нравился, однако пускать его в свою постель в первый же день после избавления от волшебной нити, было неправильным. Пусть поспит у себя дома, а завтра, когда моя «бешеная энергетика» перестанет восприниматься так остро, мы посмотрим, продолжит он мной восторгаться или нет.
Я проводила Матвея до калитки, а потом долго сидела на веранде и думала, как здорово этому мужчине удалось отвлечь меня от тягостных мыслей.
Размышлять о потерянной жизни и утраченных возможностях я больше не собиралась. Глупо жалеть о том, чего не было. Надо решить, как жить дальше.
Что-то мне подсказывало: Игнат просто так меня не отпустит. Я достигла сознательного возраста, приобрела некоторый жизненный опыт, прошла магическую инициацию, а значит, полностью готова и к свадьбе, и ко всему тому, что он планировал для меня раньше. Чтобы добиться моего расположения, он уже пустил в ход свое сногсшибательно обаяние. Что мешает ему применить силу, если я вдруг поменяю решение и все-таки останусь на Земле?
Если мои домыслы верны, он целенаправленно изгадил мне детство и юность. Благодаря его вмешательству я обрела сакральное зрение и колдовские способности. Меня явно готовили для чего-то важного и серьезного. Но кто сказал, что это важное и серьезное принесет мне вред?
Став моим мужем, Игнат будет обязан беречь меня и защищать. Я же стану не только его спутницей, но и помощником в любых начинаниях. Брачная магия Нави сделает нас не просто супругами, а верными союзниками.
Другое дело, если Игнат потребует что-то, противоречащее моим принципам. Заставить меня подчиниться он не сможет, однако у него будет целая вечность, чтобы меня уговорить.
Таким образом, я возвращаюсь к выводам, сделанным по дороге в Соловьевку: надо напроситься в замок цмока и поговорить с Девдасом. Всегда может оказаться, что намерения Игната не так уж страшны, а его цель настолько важна и величественна, что душевные страдания моей юности вполне оправданны. А что? В Нави такое встречается сплошь и рядом. Да и на Земле тоже.
При этом в голове маленькой змейкой вертелась неприятная мысль: как поведет себя Игнат, когда увидит, что я избавилась от ошейника? При следующей нашей встрече это сразу бросится ему в глаза. Быть может, эту встречу можно как-нибудь избежать? Например, явиться к Железной гряде, когда цмок улетит куда-нибудь по делам. Или выманить Девдаса на нейтральную территорию.
Все это требовалось хорошенько обмозговать. Рассудив, что утро вечера мудренее, и размышлять лучше на свежую голову, я отправилась спать.
Утром меня ждал очередной сюрприз. Примерно через час после восхода солнца в мою дверь постучала Антонина Егоровна.
– Я тебе молочка принесла, Матренушка, – с улыбкой сказала она. – Свеженького, сразу после утренней дойки.
Я удивленно хлопнула ресницами. Молочка? Мне?
– Вам, наверное, нужно лекарство от давления, – догадалась я. – Не уверена, что оно у меня есть. Я, конечно, поищу, но…
– Лекарство мне не нужно, – качнула головой соседка. – Оно у меня есть. Я позавчера была у врача, и он выписал мне хорошие таблетки. Я молоко просто так принесла. Доила сегодня Зорьку и думала: «Матрена мне столько раз помогала, а я ее даже не отблагодарила…» Ты, милая, не думай, коровка моя чистая, здоровая. Молоко у нее жирное и вкусное. А какой замечательный из него получается творог!.. Бери, Матрена. На здоровье.
Она сунула мне в руки трехлитровую банку и удалилась. Я же вернулась в дом – с банкой молока и расширенными от удивления глазами.
Вот это я понимаю – утро начинается не с кофе! А ведь несколько дней назад эта женщина говорила обо мне гадости и предлагала бабе Паше пожаловаться на меня священнику! Интересно, что ждет меня дальше?
Стоило подумать, как из сеней снова послышался стук. Я поставила молоко в холодильник и побежала открывать, морально готовясь принимать от благодарных соседей прошлогоднюю картошку или банки с маринованными огурцами.
Распахнула дверь и застыла. На крыльце стоял Игнат. Он был одет по-земному – в обычные синие джинсы, серую футболку и черную кожаную куртку.
– Привет, – улыбнулся он, увидев мое обалдевшее лицо. – Можно мне войти?
Я посторонилась и пропустила его в сени.
– Рада тебя видеть, – пробормотала в ответ. – Как ты сюда попал?