— Ох, какие слова от милой сестренки, — поразилась красавица. — Видимо, сильно жаль ей ожерелье! Моргот — Моргот, — задумчиво пропела она, — Знаешь, — словно по секрету сказала она своей подруге, — теперь они точно не поженятся. Я даже знаю, почему они поругались. Не из-за всех их серьезных королевских дел.
— Говори, — черноволосую подругу чуть ли не трясло от любопытства.
— Дам тебе подсказку. Нимродель только что про кое-кого упомянула…
Но ее подруга так и не смогла отгадать.
— В общем, — давясь смехов сказала девушка, которую я и без того уже начинала не любить, — я наболтала нашим сплетницам, что Сильмариэн, знаешь, — она не могла сдержать смех, — была, как это сказать, не только с Сауроном, но и с Морготом. Ты ведь понимаешь, о чем я. И я попросила их под страхом смерти никому этого не рассказывать, — она не выдержала и расхохоталась. Наверное, это был первый и единственный смех, который дворец Элронда услышал в тот день.
За стеной я взвыла в немой ярости, желая разбить голову об стену сначала девчонке, потом себе. Какой позор… Орофер точно будет ненавидеть меня всю жизнь. Трандуил, конечно, не поверит в эту чушь, но если меня опять ждут неприятные объяснения с кем-то… Стоит надеяться, об этом знает еще не весь дворец.
— Ты чокнутая, Анорсель! — благоговейно сказала ее младшая подруга. — Как тебе такое пришло в голову? — Анорсель только ухмыльнулась и приподняла бровь. Я старалась сдерживаться от того, чтобы выйти из-за угла и размазать мерзких девчонок по стенам и потолку, но, когда мне удалось чуток успокоиться, я поняла, что давно не слышу голосов. Выйдя из-за угла, я окончательно убедилась, что подружки испарились.
Теперь мне было стыдно идти на ужин. Негодование переполняло меня, а когда я представляла все эти осуждающие взгляды… такое тяжело пережить, даже если это и не в первый раз. Мелькор… подумать только! Он трясся бы от смеха так, что пол-Ангбанда бы развалилось, если бы услышал об этом. Хорошо хотя бы, что никто уже и не вспомнит, что в старые добрые времена Темный Вала был безумно привлекателен. В историю Мелькор вошел великаном, закованным в железо, но обычно, даже в конце правления, он выглядел намного лучше.
По дороге в обеденный зал я думала, что даже если никто ничего не знает, то нужно все равно намекнуть об этом Гил-Галаду. Так я покажу королю Нолдор, что ничего не скрываю и не хочу выносить того, что на меня возводят напраслину. Однако, попасть на ужин я так и не смогла.
— Еще раз здравствуй, Сильмариэн, — передо мной стоял король Орофер и как-то неприятно улыбался.
— Что вы хотите? — я остановилась и скрестила руки на груди. Мы стояли посреди коридора и неприязненно смотрели друг на друга.
— Только лишь поговорить с тобой. Мне нужно тебя поблагодарить, — отозвался король Зеленолесья.
Я пожала плечами и направилась обратно к себе, когда Орофер намекнул, что разговор должен быть серьезным и очень личным. Пусть Анорсель удавится об любопытства, размышляя, зачем ко мне по очереди ходило трое мужчин.
— Как я и сказал, я должен тебя поблагодарить, — начал Орофер, когда мы уселись на те же кресла, на которых мы только что сидели с Трандуилом.
— За что? — холодно спросила я.
— За то, что сделала именно то, чего я от тебя ожидал, — насмешливый взгляд Орофера словно пронизывал мою душу.
— Что? — спросила я. — О чем вы?
— Девочка, — вздохнул король, — и это обращение неприятно резануло меня, вызвал новый поток воспоминаний. Нет, это всего лишь слово, обычное слово, ему неоткуда знать, кто меня так называл, — милая девочка, я прекрасно знаю своего сына и не первый век слежу за твоей жизнью. Скажи мне, неужели я похож на того, кто будет лишать своего сына всего? Вовсе нет — Трандуил моя плоть и кровь и моя единственная слабость. Зато ты вполне похожа на ту, кто готов поступиться своим счастьем ради того, чтобы все сложилось как можно лучше. Знаешь, я даже не планировал всего этого. Просто пришло в голову, когда твой нуменорский тупоголовый дружок увязался за нами. Кстати, передай ему, что в Дориате на таком уровне творили магию малые дети, и его бы заметил даже самый тупоголовый тролль.
Я сидела, как громом пораженная.
— То есть, — не в силах поверить Ороферу, заключила я. — Вы не собирались отлучать Трандуила от трона? Вы хотели, чтобы я ушла — и от вашего государства, и от вашего сына? И чтобы я ушла сама?
