Мерлин сидел на коленях, сам весь покрытый чужой кровью. Лицо его было белее снега, а из глаз тихо лились дорожки слез. Роза Смит лежала у него на руках. Он обнимал свою мертвую девушку, прижимая к себе ее сломанное хрупкое тело.
Сдерживая панический порыв сорваться и убежать прочь, забиться в угол и зажмуриться, Джейн медленно подошла к своему преподавателю. Другие мракоборцы о чем-то тихо разговаривали. Их было много, не менее десяти. Один из них, самый старый, накрывал тела принесенными из дома одеялами.
- Роза… - шепот Мерлина больше походил на горячку. - Роза…
«Я подруга мародеров, - стиснула зубы Джейн. - Я не боюсь. Я должна это увидеть». И она подошла совсем близко и взглянула на Розу Смит.
Это было правдой. Такое красивое, живое и жизнерадостное лицо было изуродовано. Страшные раны исполосовывали все лицо вдоль и поперек, не оставляя ни одного свободного участка. Даже губы были покрыты порезами, как и закрытые веки.
Но не это было самым ужасным. Желтая блузка девушки стала коричневой. По центру грудь ее была разорвана, и оттуда поднималась кровь. Самого разреза и опустошенной грудной клетки не было видно из-за воротника блузки и объятий Гвина. Но Джейн знала, что там нет сердца.
Она отвернулась, слыша, как ее собственное бешено стучит от страха. Тот, кто сделал такое, должно быть, не имеет сердца вовсе. И не должен зваться человеком.
И Джейн ощутила боль. Огромную нечеловеческую боль. И пустоту. Тьма отчаяния, тоски и горя охватила ее. И ничего не осталось в мире - только одно желание, умереть вслед за теми, кто был его жизнью, его миром, его семьей.
Родители. Брат. Сестренка. И девушка, которая через две недели должна была стать его женой. Все они были мертвы.
- Не оставляй меня, - лихорадочно бормотал Мерлин, прижимаясь губами к окровавленным губам Розы. - Ты обещала мне…
Его плечи затряслись в беззвучном плаче.
- Это я виноват… Простите меня… Это я… Мама…
И Джейн видела в нем маленького мальчика. Который с этой минуты стал мертв. И мир его отныне и навсегда поглотила разрушительная бесконечная тьма. И сердце его было так же вырвано из груди и разбито.
- Пожалуйста, хватит! - воскликнула Джейн, боясь, что это чувство всепоглощающей пустоты захватит ее целиком. И лишь когда туман вспыхнул вокруг, Картер упала на пол, пытаясь успокоиться. Но сломанный шепот Гвина и кровь все еще стояли перед глазами. Проведя рукой по щекам, Джейн поняла, что плачет. Как плакала в день гибели своей семьи. Так и сейчас оплакивает убитых Гвинов. Она никогда не знала их на самом деле. Но ей хватило того, что она видела, что чувствовала…
- Профессор… Довольно, прошу вас.
Но Гвин так не считал.
Туман рассеялся, и Джейн оказалась в каком-то темном помещении, освещенном лишь несколькими свечами.
Профессор Гвин прижимал к полу мужчину, наставив палочку ему в горло. Вглядевшись, Джейн узнала его. Жрец Древней магии. Тот самый, с кем Гвин сражался в лесу. Но разве он не погиб, поверженный мракоборцем?
Джейн никогда не чувствовала такой ненависти. Даже к своей бабушке. Даже к Малфою и его слизеринским приятелям. Ни к кому. Эта ненависть была всепоглощающей, бездонной и черной. Ядовитой и ледяной. Убийственной и непоколебимой.
- Ты отнял моего брата, мое сердце, - прошипел Жрец с усмешкой. - И я отплатил тебе тем же!
- Ты убил всю мою семью! Ты пытал их, а потом зарезал, как скот! - выкрикнул Мерлин. Никогда прежде голос его не звучал с такой злостью.
- Предпочел бы, чтоб я убил только твоего братика? - Жрец издевался.
Мерлин ткнул палочкой ему в шею, и на короткий миг Джейн показалось, что сейчас он просто проткнет горло Жреца насквозь, но этого не произошло.
- Не смей даже думать так, ты, мразь, - прошипел Гвин.
- Кровь за кровь, мальчик, - Жрец с ледяной насмешкой заглянул в глаза мракоборца. - Мой брат посвятил тебя в Древнюю магию, открыл все ее тайны. А ты убил его!
- Это был поединок, а не резня! - с ненавистью выкрикнул Мерлин. Глаза его чернели в темноте, и в них отражалось пламя самого ада. - Твой брат был убийцей. Но он был лучше тебя. А ты не заслуживаешь столь честной смерти!
Жреца не пугали слова. Он скривил губы, и Джейн увидела, что вместо зубов во рту его было кровавое месиво.
- И что же ты сделаешь, министерский мальчик? Ведь ты обязан доставить меня своим хозяевам.
- Чтобы тебя посадили в Азкабан? Чтобы ты жил, строя заговор, когда они мертвы?! Никогда.
Мерлин сильнее сжал палочку. Из-под ее кончика из плоти Жреца уже сочилась кровь. И тот внезапно рассмеялся, брызгая розовой слюной.
- А она ждала тебя, - сквозь смех заявил он. - Твое сердце. Я слышал это в ее голове. Она была уверена, что ее рыцарь примчится и спасет их всех. Да вот жалость - ты не пришел.
Мерлин размахнулся и ударил Жреца по лицу. Раз, раз, еще раз…
- Думаешь, я позволю тебе умереть легко? - кричал он, снова и снова нанося удары. - Нет! Ты будешь страдать и умолять меня о смерти!
Жрец прокашлял между ударов:
- Чем же тогда ты лучше меня?
- Ты убийца!
- И ты станешь им. Таким же, как я.
