Глава 16. Странненький казачок. 2012 год.
Жарища, пробки, да ещё, как назло, кондуктора нет, ушла на больничный. Смену Надя начала совсем недавно, работать оставалось ещё несколько бесконечных часов, а сил уже нет никаких. Билеты продай, за дорогой следи, лихачей-идиотов пропускай, к пассажирам всевозможную вежливость проявляй – ужас! Троллейбус жалобно похрюкивал на неровных участках дороги, люди входили и выходили, Надежда монотонно жала на педали. Посмотрев на очередной остановке в зеркало, направленное внутрь салона, девушка заметила высокого плечистого парня лет двадцати пяти, он клеил скотчем на стекло троллейбуса какую-то яркую бумаженцию. Надя со злостью схватила микрофон, в который водителям полагалось объявлять остановки, и грозно произнесла:
– Молодой человек в синей футболке! Прекратите лепить на стекло… чего вы там лепите!
Парень растерянно завертел головой, потом догадался, что к нему обращается водитель, пробрался к кабине.
– Извините, я не знал, что нельзя, – вежливо сказал он. – Но это листовки о помощи детям, надо распространить их, чтобы увидели как можно больше людей.
– Детям, не детям, какая разница, – пробурчала Надя. – Так не делается!
– А как же делается? – спросил пассажир.
– Так надо обратиться к нашему руководству, официально. Они дадут разрешение, и тогда клейте свои листовки, хоть уклейтесь! – отвлекшись на парня, Надя чуть не проехала остановку. Пришлось резко нажать на тормоз.
– И не отвлекайте водителя! – строго сказала она. – Проходите в салон, не мешайте работать!
Парень больше ничего не сказал, отошёл.
На следующий день он вошёл в её троллейбус на конечной остановке, уселся на заднее сиденье и катался несколько кругов по маршруту. Листовок больше не клеил и к кабине не подходил, просто молча сидел и смотрел в окно. Надя подумала, что он немного того, «с приветом», как говорится. А может, и не немного. Впрочем, парень с кондуктором не спорил, исправно покупал билеты на каждой конечной остановке, не хулиганил, и повода высадить его не находилось. Ну, бывает, катается человек на троллейбусе, что такого странного? Может, ему заняться больше нечем.
Надя украдкой разглядывала его в зеркало. Худощавый, светлые волосы, правильные черты лица. В безмятежных голубых глазах девушка пыталась угадать признаки безумия, может быть, душевной болезни. Она, конечно, не была психиатром, и ничего такого разглядеть не сумела. А через несколько дней, в утреннюю смену, загадочный пассажир появился снова, с растрёпанным букетом огромных садовых ромашек. «Интересно, кому это он припас цветочки? – ревниво подумала Надя. – Ну ладно, посмотрим, на какой остановке выйдет!». Как будто эта информация могла ей что-то подсказать!
Смена заканчивалась, на конечной Надежда должна была уступить место за рулём напарнику, а «этот» всё катался и катался. Сидел, смотрел в окно, и его ромашки опускали свои головки всё ниже. Девушка решила больше не обращать на него внимания и не заморачиваться, а лучше внимательно следить за дорогой. Тем более, что от июньской жары горожане словно дружно посходили с ума. Пешеходы выскакивали на дорогу, чуть ли не бросаясь под транспорт, водители злобно сигналили им и друг другу. Даже светофоры работали как-то непривычно, переключались то очень долго, то слишком быстро. Или это только казалось от переживаний и усталости? Надя мечтала, как ещё немного, буквально двадцать минут, и она выпрыгнет из надоевшей душной, тесной кабины, сядет на любимый ярко-оранжевый скутер и помчится с ветерком к себе, на зелёную окраину города. Там нет такого столпотворения машин и людей, там ждёт уютная маленькая квартира и прохладный душ. А самое главное, впереди ещё целый свободный вечер и два выходных!
Подбадривая себя такими мыслями, Надя уверенно вела старенький троллейбус к конечной остановке. Вон уже и напарник Валера показался, приветственно машет рукой. Ему-то что, у него вон, кондукторша бежит, молодая да бойкая. С ней-то Валере спокойно будет, знай, делай своё дело и не отвлекайся на глупости вроде общения с пассажирами. Надя устало выползла из кабины, поздоровалась с коллегами, краем глаза наблюдая за покидающими салон пассажирами. «Этот» вроде бы не вышел. Надя поспешно передала смену Валере и направилась к огороженной забором территории диспетчерской, забирать скутер.
У ворот стоял «этот». С поникшими ромашками.
– Здрасссьте – забор покрасьте! – не растерялась Надя.
– Забор? Так он вроде покрашен, – удивился парень, протягивая Надежде ромашки.
– Это Вам, только они немного завяли, – смущенно пробормотал он. – Долго ждать пришлось.
Надя улыбнулась.
