– Тебе не разрешали?
Девочка смотрит очень серьезно.
– Нет. Я была занята.
Чем же она была так занята, что даже не смогла вырваться на несколько минут? Но это сейчас тоже не важно. У нее тысяча вопросов к этой девочке. И начинает она с самого животрепещущего:
– Зачем мы здесь?
Само собой разумеется, эта девочка – тоже пленница, хотя и не привязана к кровати, как она, а свободно перемещается по этому брюху чудовища.
– Это мой дом.
Ответ обескуражил ее.
– А я? Я здесь зачем?
Девочка ничего не говорит и снова начинает гладить ее по волосам. Она понимает, что вопрос некстати, и не настаивает, отложив выяснения на потом.
– Как тебя зовут?
Девочка улыбается:
– Глория.
Но она, приглядевшись, возражает:
– Нет.
– Как – нет?
– Я тебя знаю. Тебя зовут не Глория.
– Нет, Глория.
Она пытается вспомнить. Она ее уже видела, точно видела.
– Ты на пакете с молоком!
Девочка непонимающе смотрит на нее.
– Да, и на рекламных плакатах твое лицо. Весь город был полон ими. И в нашей школе, и в супермаркете… Это было… – Сколько же времени прошло? Она была в четвертом классе. – Это было три года назад.
Взгляд девочки по-прежнему полон недоумения.
– Я здесь совсем недавно. Не больше месяца.
– Говорю тебе, это не так! Прошло три года.
– Неправда.
– Правда. Твои родители даже выступали по телевизору!
– Мои родители умерли.
– Нет, они живы! И зовут тебя… Линда! Точно, тебя зовут Линда Браун!
Девочка начинает сердиться:
– Меня зовут Глория! Никакая я не Линда, что ты выдумала?
Расслышав раздраженные нотки в голосе, она решает не настаивать: лишь бы Линда не уходила, не оставляла ее одну.
– Хорошо, Глория. Как хочешь. Может быть, я ошиблась. Извини.
Девочка удовлетворенно кивает, а потом как ни в чем не бывало вновь принимается расчесывать ей волосы пальцами и напевать.
Она пробует зайти с другой стороны:
– Мне очень плохо, Глория. Не могу шевельнуть рукой. У меня жар. И я все время теряю сознание.
– Скоро тебе станет лучше.
– Мне нужен врач.
– От врачей одни неприятности.
Фраза звучит как-то фальшиво. Как будто она ее слышала еще от кого-то, и так часто, что она уже в зубах навязла. И теперь девочка твердит ее снова.
– Я чувствую, что скоро умру.
По щекам скатываются две огромные слезы. Глория подносит к ее щекам руки и собирает слезы в свои ладони. Глории уже не до нее: она сосредоточенно разглядывает свои пальцы.
– Ты слышишь меня, Глория? Я умру, если ты мне не поможешь.
– Стив сказал, что ты поправишься.
– Кто это – Стив?
Девочка неотрывно смотрит на свои руки, но все-таки отвечает:
– Это он принес тебя сюда.
– Тот, кто меня похитил.
Девочка недоуменно смотрит на нее:
