Винсент Клариссо и есть Альберт.
Человек вышел из тюрьмы меньше двух месяцев назад, отсидев срок за вооруженное ограбление.
Едва освободившись, он приступил к выполнению своего замысла.
Ранее не привлекался. Никаких симптомов душевного заболевания. Ничто не могло навести на мысль, что он потенциальный серийный убийца.
Вооруженное ограбление – не более чем «случайность», по заявлению адвокатов, защищавших Винсента в суде. Оплошность парня, крепко сидящего на кодеине. Клариссо – выходец из порядочной семьи: отец – адвокат, мать – преподаватель. Сам он окончил курсы и получил диплом медбрата. Некоторое время работал в клинике ассистентом в операционной. Там, судя по всему, и приобрел необходимый опыт для поддержания жизни Сандры после ампутации руки.
Группа Гавилы, предполагая, что Альберт – врач, была недалека от истины.
Подобный опыт отравил сознание Винсента Клариссо, в итоге сделав его чудовищем.
Но Мила этому не поверила.
«Это не он», – мысленно твердила она, пока такси везло ее в Управление полиции.
Услышав новости по телевизору, Горан минут двадцать говорил по телефону со Стерном, который докладывал ему о развитии событий. Криминолог расхаживал взад-вперед по гостиничному номеру, чувствуя на себе встревоженный взгляд Милы. Потом они расстались. Он позвонил госпоже Руне и попросил ее остаться с Томми еще на одну ночь, а после отправился к дому, где обнаружили Сандру. Миле очень хотелось поехать с ним, но они решили не давать пищу для сплетен и договорились встретиться позже в Управлении.
Было уже за полночь, но город и не думал спать. Люди высыпали на улицы, невзирая на дождь. Все радовались окончанию кошмара. Машины сигналили, как на Новый год, люди поздравляли друг друга и обнимались. Ситуацию на дорогах еще больше осложняли полицейские блокпосты: власти отдали приказ отлавливать возможных сообщников Клариссо и не допускать зевак в зону, где разворачивался эпилог страшной истории.
Такси продвигалось с черепашьей скоростью. Мила слушала новости по радио. Теренс Моска, естественно, был героем дня. Им обычно оказывается тот, кто в тот момент стоит у руля.
Устав ждать, Мила расплатилась и вышла из такси под проливной дождь. До Управления оставалось пройти два квартала; она надвинула на голову капюшон парки и зашагала, погруженная в размышления.
Характеристика Винсента Клариссо не совмещалась с профилем, который обрисовал Гавила.
По утверждению криминолога, маньяк использовал трупы девочек как некие индикаторы. Он размещал их в определенных местах, указывая не ведающему миру на ужасы, открывшиеся только ему. Предположительно этот тип становился тайным сообщником преступников, в то или иное время встретившихся на его пути.
«Все они волки. А волки бродят стаей. И в каждой стае свой вожак. Именно это стремится сообщить нам Альберт: он их вожак», – утверждал Горан.
Лишним доводом в пользу того, что Винсент не может быть Альбертом, был возраст серийного убийцы: тридцать лет. Об этом Мила узнала из новостей. Слишком он молод, чтобы знать Рональда Дермиса в детстве, да и Джозефа Рокфорда тоже. Они ведь всей группой пришли к заключению, что Альберту где-то от пятидесяти до шестидесяти. Вдобавок Винсент внешне не соответствовал описанию Никлы, которое монахиня составила, проникнув в сознание миллионера.
Шагая под дождем, Мила нанизывала в уме доводы, подкреплявшие ее скептицизм: Клариссо сидел в тюрьме, когда Фельдер истязал Ивонну Гресс и ее детей на вилле в Капо-Альто, поэтому его силуэт никак не мог остаться на заляпанной кровью стене!
«Это не он, в полиции ошибаются. Но Горан не мог этого не заметить и все им объяснит».
В коридорах Управления царила все та же ликующая атмосфера. Полицейские хлопали друг друга по плечу, сообщали последние новости; многие прибыли прямо с места преступления и были еще в форме спецназа. Их отчеты передавались из уст в уста, обрастая все новыми подробностями.
Милу перехватила в коридоре женщина, сообщив, что ее срочно вызывает старший инспектор Рош.
– Меня? – поразилась Мила.
– Да, он ждет вас в кабинете.
Поднимаясь по лестнице, она предположила, что Рош уже убедился в несостоятельности версии, потому и вызвал ее. Не исключено, что общая эйфория скоро сойдет на нет.
На их этаже действительно никто не праздновал: обстановка была обычная, рабочая, несмотря на глубокую ночь.
Миле пришлось довольно долго ждать, прежде чем секретарша пригласила ее в кабинет. Из-за двери доносился громкий голос старшего инспектора, который, видимо, разговаривал с кем-то по телефону. Но переступив порог, с удивлением обнаружила, что Рош не один: с ним Горан Гавила.
– Проходите, агент Васкес.
Он широким жестом предложил ей приблизиться. Они оба сидели по другую сторону стола.
Мила подошла с того края, где сидел Горан. Он покосился на нее и слегка кивнул. Будто они не были близки совсем недавно.
