— Ого, — наигранно-удивленно протягивает Клаус, — Так значит мы все-таки помним, что говорили? — Хитро улыбается он. Форбс недовольно поджимает губы, — Хорошо, попробуем еще раз, — так быстро, что блондинка даже не успевает понять, что происходит – гибрид берется за основание ее стула, резко разворачивает его к себе и словно издевательски наклоняется еще ближе, так, что их лица находятся в нескольких сантиметрах друг от друга. Ханна судорожно вздыхает, но виду старается не подавать, смотря ему в глаза. По обе стороны от нее – его руки, как-будто заключающие в капкан и следящие за каждым ее движением в сторону, что она может сделать, — «Мне кажется, что я чувствую к тебе что-то сильное, слишком сильное», — возведя поддельно-взволнованный взгляд к небу, начинает цитировать Майклсон, а девушка чувствует, что в помещение вдруг стало слишком душно, и, вообще, голова как-то закружилась. Если она упадет тут в обморок, он отпустит ее? Она надеятся, что да, потому что сейчас это единственный один из основных вариантов, — «Это странно, вообще-то, но мне даже нравится», — весело улыбаясь, продолжает он повторять ее слова. Первородный невинно пожимает плечами, — Самовиктимизация, но что тут сделаешь, — незатейливо добавляет он, наконец-то переводя на Форбс веселый взгляд, — После этого я правда должен поверить, что ночью тебе перемкнуло? — Усмехается первородный.
— Да, — хмурясь, уверенно отчеканивает блондинка. Он по своему обыкновению снисходительно-нежно смотрит на нее: Ханна очаровательна; как мило, что она все еще стоит на своем.
Широкая горячая ладонь Клауса аккуратно ложится на ее открытое колено, — Позволь тебе кое-что прояснить, девочка, — девушка уже открывает рот, чтобы что-то сказать, но тут же сглатывает, когда его рука начинает плавно оглаживать ее кожу. Она не готова признать то, что это до ужаса пугающе и приятно, ведь тело часто реагирует вразрез разуму. Но этот его самодовольный вид, такой, как-будто он прекрасно знает, что она сейчас чувствует и о чем думает – невыносим, — Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы допустить, что это возможно, — усмехается он, а рука его двигается все выше, заходя за край юбки. Форбс невольно вздрагивает, когда он мягко проводит ладонью по бедру, с некой смесью интереса и восхищения наблюдая за эмоциями на ее лице.
— Но это так, — ровно отвечает она, хотя это и кажется до стыдного самонадеянным, — Ты уже проверил, что мне не внушили, помнишь? — Усмехаясь, интересуется она, показательно приподнимая раненную руку. Широкие рукава свитера моментально спадают, представляя виду гибрида наклеенный пластырь. Лицо его в моменте озаряется яркой вспышкой непонимания.
— Ты не выпила кровь, — резюмирует он, хмуро оглядывая запечатанную ладонь.
— Я не собираюсь пить чью-то кровь, — пренебрежительно кидает блондинка, ощущая, как на кончике языка вертятся слова: «твою особенно», но вслух она все же решает их не произносить.
Майклсон вспыхивает, как спичка, загораясь алым пламенем гнева и она это сразу же замечает. От такой перемены Ханне становится не по себе, — Думаю, дорогая, думать о брезгливости надо было до того, как опускалась передо мной на колени в баре Нового Орлеана, — совсем невесело улыбается он, — Может, повторим это прямо сейчас, чтобы освежить память? — Весело предлагает первородный, кивая в сторону уборных, — Так, — незатейливо добавляет он, — На всякий случай, — девушка не успевает возмутиться, как глаза ее удивленно округляются – в какой-то момент ей правда кажется, что сейчас он может просто затащить ее в туалет и сделать то, что так «любезно» предлагает. Она выпрямляется, стараясь хоть немного сократить расстояние между ними, что Клауса, кажется, напротив, раззадоривает.
Форбс едва заметно выдыхает, когда слышит рядом спасательный голос, — Нужна помощь? — Она оборачивается к Стефану, отвечая уверенное: «да» вразрез с категоричным: «нет» гибрида, что до сих пор упорно смотрит только на нее, — Не опускайся до этого, Клаус, она явно не хочет с тобой разговаривать.
Майклсон медленно поднимает на Сальваторе сверкающий яростью взгляд, — Советую тебе покинуть стены этого прекрасного заведения, друг, пока я не вырвал тебе селезенку, — прищурившись, легко улыбается он.
Стефан разводит руками, — Устроишь шоу посреди бара? — Спокойно интересуется он.
Первородный резко поднимается со стула, из-за чего тот с неприятном скрипом отодвигается назад. Клаус быстро обходит стол, вставая лицом к лицу к Сальваторе, — Ну так давай выйдем, — четко проговаривает каждое слово он, смотря прямо в глаза Стефана.
