Кэролайн является прекрасной манипуляторшой и Ханна знает это. Потому что она тоже так умеет. Но, все-же, она находит в ее словах смысл. Также, как в словах Елены, что достав из тайных запасов шерифа бутылочку бурбона, вскрыла ее и, налив немного себе в любимую кружку Ханны, поведала ей о каждом их действии, что ей было известно. А ей было известно мало что. И, в целом то, что Ханна и так прекрасно знала. Но менее тревожно от этого не становилось. Стоит лишь включить логику – и картинка складывается, так ясно и четко, что, кажется, как этого вообще можно было не понять? Но много ли кто, не имея привилегия бессмертия, может отключить эмоции, остаться бесстрастным, чтобы сделать правильные выводы, ведь, вот они – те чувства, настоящие чувства, что она испытывает и тогда какого черта она должна слушать безэмоциональную Гилберт?
Однако, поводов оказалось достаточно. Нельзя недооценивать желание Кэролайн контролировать все. Нельзя недооценивать ее ненависть к Клаусу, хоть, в таковой она и сомневается, вообще-то. Из-за этого фарса прийти утром к Стефану, что незатейливо предложил ей помочь им убрать беспорядок в доме после толпы пьяных школьников, оказалось вполне себе неплохой идеей. Думать больше было невозможно. Сидеть рядом с мирно спящей Эйприл тоже. Честно, ее вообще вводило в ужас то, что когда она проснется, ей, наверное, снова придется успокаивать ее. Как можно успокаивать человека, когда не чувствуешь сочувствия, что неизбежно должно присутствовать? Это, наверное, было бы слишком лицемерно. Но еще более лицемерно – строить из себя хорошую подругу.
Ханна нагибается, опирается руками на стол, опуская голову. Прикрыв глаза, она разминает шею, одной рукой потирает затылок. Смотреть утренние программы на местных телеканалах определенно было ошибкой. Этот механически-звонкий голос теперь никак не выходит из головы.
Когда рядом раздаются шаги, блондинка не поднимает голову, полагая, что это Сальваторе. Через секунду рядом раздается спокойный голос Клауса, — Отчаянные времена, я так понимаю?
Ханна выпрямляется. Удивленно смотрит на гибрида. Сложив руки за спиной, он стоит в нескольких метрах от нее, а на его губах играет легкая улыбка, — Что ты тут делаешь? — Настороженно спрашивает она.
— Для начала, не осуждаю тебя, — ровно начинает Майклсон, — Если хочешь выспаться, могу порекомендовать свою кровать, кажется, в прошлый раз тебе понравилось, — невинно пожимает плечами он.
Ханна усилиями сохраняет бесстрастный взгляд, — Да, особенно мне понравилось пить утром кофе с твоим братом, — плотоядно улыбается она. Первородный угрожающе-опасно прищуривается, — В следующий раз обязательно загляну в его спальню, — обещает девушка, победно вздергивая голову, когда всю колкость Клауса словно ветром сдувает. Язвить, зная, что Стефан в доме, оказалось намного легче и приятнее. Форбс поднимает с пола мусорный пакет, небрежно скидывая в него пустые стаканчики. Украдкой она кидает на гибрида недолгий взгляд, — Спасибо, — более тихо говорит блондинка.
Улыбаясь, Майклсон непонятливо хмурится, — Что? — Он медленно подходит ближе.
Ханна вздыхает, — За подарок, — чуть громче говорит она.
В глазах гибрида загораются заинтересованные огоньки. Какое-то время он молчит, наблюдая за девушкой, — Я хотел отдать тебе его на Рождество, но ты меня отвлекла, — незатейливо наконец произносит Майклсон, пожимая плечами.
— Ну конечно, — фыркает Форбс, — А вообще, знаешь, если ты не собираешься принести пользу обществу и помочь, — она показательно приподнимает мусорный пакет, — Можешь идти, — заканчивает блондинка, слыша, как со стороны лестницы раздаются громкие шаги.
Через секунду в дверном проеме появляется Сальваторе, — Вообще-то, это я попросил его прийти, — блондинка не сдерживает пораженного смешка, — Нам нужна его помощь, — поясняет он, — Я думаю, что Сайлас в Мистик-Фоллс, — на выдохе произносит Стефан.
Ханна прищуривается. Подозрительно смотрит на гибрида, — И ты хочешь сказать, что он согласился помочь? — Обращается она к Сальваторе, продолжая усиленно смотреть на первородного, что вызывает на его губах веселую усмешку.
Стефан наигранно-неловко поджимает губы, — Я сказал, что ты будешь здесь, — незатейливо отвечает он.
Прямота и банальность ответа застают девушку врасплох. Клаус лишь невинно пожимает плечами. Она медленно выдыхает. Обессиленно разжимает руку, из-за чего черный пакет с характерным шуршанием вновь падает на пол, — Хочешь сказать, я ради этого здесь занимаюсь перерабатыванием отходов подростков?
— А-а-ам, нет, — уклончиво начинает Сальваторе, — Ты просто совмещаешь приятное с полезным, — он заходит в зал, когда вслед за ним входит Кэролайн, она сразу же находит гибрида взглядом, останавливается, удивленно моргая глазками.
— Что он тут делает? — Обращается старшая Форбс к Стефану.
— Помогает нам с Сайласом, — вздохнув, вновь повторяет он.
Тогда Кэролайн переводит взгляд на сестру, подходя ближе, — Что ты здесь делаешь? — Непонимающе спрашивает она, — Я же сказала тебе уйти!
