Мысль о втором пироге приободрила мальчика, он присел рядом с Мартой на кровати:
- Значит, я все это время буду самым главным в семье?
- Да, малыш.
- Тогда не называй меня малышом, если я главный в семье, значит я точно не малыш, - строго ответил Иво. Марта улыбнулась и сказала:
- Ты прав. Больше не буду.
Сборы отца в дорогу были тяжелыми: впервые он оставлял семью на столь долгий срок. Иво был весел, помогая отцу упаковывать вещи в простенький чемодан, но когда пришло время прощаться, едва сдерживал слезы. Прячась за Марту, он изо всех сил сжимал кулаки и ругал себя за слабость. Отец позвал его, но Иво не хотел, чтобы отец видел его таким, иначе он ни за что не оставит его главным вместо себя. Наконец, собрав волю в кулак, он подошел к отцу, обнял его крепко за шею, вдохнул его запах - смесь из крепкого табака, машинного масла и туалетного мыла - и тут в носу предательски защипало, а глаза закрыла мутная пелена. Иво понимал, что еще мгновение, и он расплачется совсем как малыш. Он бросился в сторону лестницы, выбежал на улицу, и, спрятавшись за газетным киоском, разрыдался.
Когда на старой башне Ратуши заиграли десятки маленьких молоточков и зазвенели крошечные колокольчики, на улицах города упал мягкими красками вечер. Дома окрашивались в необыкновенные цвета, а оконные стекла пускали огненных зайчиков, отражая закатное солнце.
Иво медленно брел домой, отца дома уже не было.
"Глупость какая, - мысленно ругал он себя за свою слабость, - я же его увижу снова. Непременно увижу".
***
- Просыпайся, - Марта изо всех сил толкала сына, - ну же, вставай.
Иво кутался в одеяло с головой, прячась от матери: за окном было еще темно - ну хоть немного бы еще поспать.
Но Марта не отступала.
- Вставай, малыш.
- Я не малыш, - донесся сонный голос из-под одеяла, - сколько тебе повторять.
- Тогда вставай. Нужно успеть сбегать на рынок, купить все по списку. Мне нужна твоя помощь, одной мне не донести тяжелые корзины.
Иво знал привычку матери успевать на рынок к открытию первых лавочек, чтобы выбрать самый лучший товар. Возможно, за это ее и ценили хозяйки и доверяли ей свои покупки. А еще она, хоть и была хрупкой на вид, легко спорила с грубыми торговцами, если ей казалось, что ее пытаются обмануть.
- Элиза обещала мне помочь с праздничным пирогом, - донеслось из глубины, - если закончим все дела быстро, можно будет и за пирог приниматься.
Когда Марта вернулась в комнату, Иво уже натягивал рубаху.
- А свечки точно будут?
- Будут, - засмеялась Марта, - семь свечей, обещаю.
Утро в городе всегда по-особому звучит: будто оркестр настраивает свои инструменты перед тем, как сыграть концерт. В полной тишине с разным сторон города раздаются звуки, они звучат негромко и неровно, словно музыканты репетируют свою часть пьесы. На соседней улице раздается тихий звон - это молочник готовится к отправке свежего молока; где-то вдали слышно, как по мокрой мостовой цокают копыта - первый возница отправился по своим делам; в мастерской башмачника у старого ручья слышно как зазвенел молоток, на ветке раскидистого тополя распевается первый соловей. Потом присоединяются все новые и новые голоса - крики торговцев в первых открывшихся лавочках, крик петуха в соседнем дворе, скрип открывающихся дверей и окон - все эти звуки один за другим разыгрывают свою партию, чтобы потом слиться воедино в мелодию городской жизни. А вечером, отыграв концерт, звуки снова затихают, уступая место невесомой тишине.
Шаги Марты и Иво заполняли утреннюю тишину. До городского рынка было рукой подать: спуститься по Тисовой улице, свернуть в переулок, и затем немного пройти по Цветочной улице до городской площади - на ней и разворачивают свои лавочки торговцы.
Пока Марта вела бойкие споры с торговцами, Иво с любопытством разглядывал разложенные товары. Через полчаса корзины стали очень тяжелыми, и Марта, наконец, собралась обратно, как вдруг, что-то вспомнив, сказала:
- Еще одну минутку.
Иво ничего не оставалось, как отправиться за ней. Марта остановилась около лавки торговца фруктами. Сонный Торговец вдруг оживился и на все лады начал расхваливать свой товар.
Иво со скуки разглядывал лавку: горкой лежали спелые яблоки и груши, рядом с ними большие синие сливы, а рядом манила своим необыкновенным ароматом черешня, спелая и, наверняка, очень-очень сладкая. Иво попытался вспомнить, когда он в последний раз ел черешню, нет, пожалуй, уже очень давно, у его семьи едва хватало денег даже на хлеб. Но однажды хозяйка дома, госпожа Бриг, угостила его парой ягод, и Иво готов был поспорить, что ничего вкуснее в жизни он не пробовал.
Убедившись, что торговец не смотрит на него, он схватил одну ягоду и спрятал ее за щеку. Ягода была так невероятно вкусна, что мальчишка закрыл от удовольствия глаза.
" Ах, почему она такая маленькая", - думал он.
Торговец все еще разговаривал с Мартой и не видел мальчика. С минуту поколебавшись, Иво ссыпал целую горсть черешни себе в карман, и тут над ним раздался громкий крик:
- Воры!
Иво завертел головой:
- Где? Где воры? - он и подумать не мог, что это про него.