— Как пожелаете. Давайте заглянем в ваше прошлое! Что первым приходит вам на ум, когда речь заходит о вещах, уже свершившихся? Именно это связывает вам руки в настоящем. Итак. Подумайте об этом… и вытяните, пожалуйста, карту.
Что первым приходит…
Женщина, лежащая без сознания в зале Подводной библиотеки. Юмэдзи, которая все еще находится в больнице и по-прежнему не приходит в себя.
Он вытянул карту. Асми благоговейным жестом перевернула ее.
На ней был изображен источенный временем череп, какие украшают индуистского бога Шиву. Череп лежал перед низвергающимися струями водопада: отходившие от него ноги были задраны вверх, а бесчисленные руки раскинулись по сторонам, словно лепестки цветка. Одна из рук сжимала изогнутый острый серп, другая — цветок. Зловещий образ и в то же время печальный.
— Дорогой вашему сердцу человек столкнулся с опасностью.
До сих пор в разговоре Асми позволяла себе легкое кокетство, но теперь голос ее звучал торжественно и мрачно. Мимори вздрогнул.
— Вы очень переживаете за этого человека и хотите ему помочь…
Глаза Мимори расширились, но в этот момент раздался голос Адиры:
— Прошу прощения. Отец!
Извлеченный откуда-то планшет закрепили на подставке. Сеанс спутниковой связи. Вскоре на экране показалось лицо немолодого уже мужчины, удивительно похожего на Вихана. Правда, в отличие от младшего брата, который выглядел несколько тяжеловатым, старший был подтянут и худощав. Он обменялся парой слов с Адирой и тут же заговорил на безупречном английском:
— Позвольте представиться. Атикш Миттал. Я счастлив, что нам удалось приобрести на сегодняшнем аукционе известную всем книгу, и хочу выразить вам по этому поводу свою сердечную признательность. Надеюсь, «Предсказания» помогут излечить мою горячо любимую жену.
Мимори чуть заметно нахмурился.
Мать не приходит в себя. Действительно, вчера Адира говорила об этом. Но какая связь между излечением больной и покупкой «Предсказаний»?
— Адира, покажи мне книгу.
В ответ на просьбу отца Адира сняла с павловниевого ларца крышку и продемонстрировала обложку книги.
Глаза Атикша засияли.
— Асми, — позвал он прорицательницу. Карта, приоткрывшая завесу над «прошлым» Мимори, со стола уже исчезла.
— Ведь оно здесь, в этой книге? Пророчество, которое спасет мою жену.
— Да, мистер Миттал. Предсказатель Нострадамус был величайшим астрологом. Он записывал свои видения грядущего, с необыкновенной прозорливостью постигая тайны движения высших сфер. Ход небесных тел отражается в делах людских. Увы, видеть его дано немногим. И все же я, к счастью, наделена этим даром, о чем мистеру Митталу, должно быть, хорошо известно.
— Разумеется! И я надеюсь, что эти способности помогут тебе в ближайшее время растолковать нам «Предсказания». Я хочу как можно скорее вернуть свою жену!
Эта в высшей степени странная беседа все больше укрепляла Мимори в его подозрениях.
Асми играла словами, точно самая настоящая мошенница. Начать стоило хотя бы с того, что изданные в шестнадцатом столетии «Предсказания» были написаны на так называемом среднефранцузском языке. Не верилось, что обычная гадалка сможет расшифровать текст «Предсказаний», ведь к его изучению всерьез приступили только в последние десятилетия, и даже специалисты не до конца еще в нем разобрались.
И потом, разные издания, конечно, отличались друг от друга написанием и комментариями, но ведь содержание самих пророчеств оставалось практически неизменным. С чего вдруг такое внимание именно к изданию Робеспьера?
Перехватив настороженный взгляд Мимори, Барнс расплылся в улыбке:
— Вы, конечно, знаете, что «Предсказания» Нострадамуса кем только не переиздавались... Издание Торговой компании Робеспьера — одно из многих. Однако сам Нострадамус по какой-то причине хотел запретить его выход.
— …
— Он с особой осторожностью относился ко всему, что касалось публикации его трудов. Каждый раз, когда готовилось очередное издание, вносил в текст новые правки. А по поводу издания Робеспьера написал у себя в дневнике: «Слишком много».
Какая знакомая дневниковая запись. Не обращая внимания на молчание собеседника, Барнс продолжал изливать на него потоки речи:
— Если первоначальная публикация, то есть «Центурии», была разбита на четыре части и включала всего триста пятьдесят три катрена, то в финальный вариант, озаглавленный собственно «Предсказания», вошла уже тысяча катренов, разбитых на десять частей. Однако в издание Робеспьера, предпринятое под конец жизни Нострадамуса, вошло еще больше пророчеств. К сожалению, из дневниковых записей прорицателя непонятно, какие именно катрены он добавил и почему не хотел, чтобы издание увидело свет.
— Мне подсказали мои светила, что именно в этих, дополнительных пророчествах описан способ, которым горюющий муж спасет отраду своего сердца. И что книгу мы отыщем под водой, — вмешалась в разговор Асми.
Мимори хотел сказать, что такого просто не может быть. Но под серьезным взглядом Адиры все слова из головы улетучились.
Атикш с экрана благодушно продолжил:
