Подводное течение полностью

Прощай мой план прогулять школу, спрятавшись в парке или еще где-нибудь.

Но к тому моменту, когда мы добегаем до машины, мы оба успеваем промокнуть до нитки. Я не могу целый день бродить по улице в такую погоду. Ни в коем случае.

Мы с мамой сидим в ее машине, по ветровому стеклу снуют туда-сюда дворники. Дождь хлещет все сильнее и сильнее. Я даже не могу разглядеть водопад, пока мы пересекаем мост.

Я вспоминаю мистера Шредера и как он вылавливал что-то в реке, и голубой объект, который бултыхался в воде. Он это тогда пытался подцепить? Если да, то он был далек от успешного выполнения задачи.

Десять минут спустя мы тормозим перед школой. В такую погоду во дворе никого нет, даже самых рисковых ребят, которые обычно покуривают под деревьями перед школой.

— Спасибо, что подбросила, — благодарю я маму.

Мама слабо улыбается.

— Веди себя хорошо, Кэл.

— Ладно, — соглашаюсь я. Если бы она только знала, что я уже успел натворить, думаю я, натягивая на голову капюшон своей непромокаемой куртки. Судя по выражению ее лица, похоже, что она уже в курсе.

В школу я вхожу совершенно мокрый, и, не снимая капюшона, иду к своему шкафчику. Там, прижавшись к его дверце, стоит мой робкий сосед по шкафчику.

— Прости, — говорю я, и он подпрыгивает так, будто я ткнул в него палкой.

Я проверяю расписание, пришпиленное к внутренней стороне дверцы. Мне совершенно не хочется слоняться по коридорам, и особенно торчать возле своего шкафчика. Но кто знает, где под всем этим хламом мои книги?

Я осторожно начинаю копаться там, надеясь избежать того, что все вывалится наружу, и тут замечаю, что по коридору ко мне мчится Айви. Ладно, поехали. Я решил, что не стану избегать Айви — чем раньше я встречусь с ней лицом к лицу, тем лучше.

Я уже даже придумал, что скажу. Я скажу, что вернул ей ключи, но она была пьяна и вертела колечко на пальце. Должно быть, она их уронила, а кто-то подобрал и отправился покататься на ее машине. А потом, прежде, чем она успеет возразить, я пойду в атаку, и обвиню ее в том, что из-за нее меня чуть не убили. Зачем она путается со мной, если у нее есть парень? Как меня тысячу раз учил Коул, лучшая защита — нападение.

Когда Айви приближается ко мне, я выпрямляюсь и расправляю плечи.

— Ты разбил мою машину? — визжит Айви, и ее глаза полыхают.

— Айви, — произношу я. Чувствую, как плечи начинают опускаться. Нападение, похоже, не состоится. — Слушай, мне очень жаль…

— Ты разбил мою машину! — орет она. — И чуть не убил Хантера!

Вокруг начинает собираться толпа.

— Что? — восклицаю я, искренне шокированный. — Ничего я Хантера не трогал!

— Нет, чуть не убил! — настаивает на своем Айви. — Они все в больнице, Кэл. Хантер, Рикки и Дуэйн! Ты их всех избил!

Дуэйн? А Дуэйн кто такой, черт возьми? Погодите, имя кажется мне знакомым — должно быть это тот третий хмырь, который гнался за мной. Но, чтобы я побил его? Каким образом? Он же весит целый центнер. Добавьте к нему Хантера и Рикки… да вы шутите.

Айви выходит из себя, начинает тыкать свои острым ногтем мне в грудь и оскорблять меня. Даже не знаю из-за чего она расстроена сильнее: из-за своей машины или из-за Хантера. Из-за машины, подсказывает мне чутье.

Но мне хочется узнать, что же произошло с футболистами, которые, когда я видел их в последний раз, атаковали тот пикап.

К сожалению, мне не предоставляется возможность выяснить это, потому что на плечо мне ложится тяжелая ладонь.

— Мистер Харрис, — раздается за моей спиной голос. — Пройдемте в мой кабинет, пожалуйста.

Директор школы Фернвуд. Это не сулит мне ничего хорошего. Айви отскакивает от меня, как будто она со мной вообще не разговаривала.

— Мистер Харрис, — повторяет директор, уже с большим нажимом. — В мой кабинет.

— Мм, конечно. Иду.

Директор подхватывает меня под локоть, и я не сопротивляюсь и не задаю вопросов. Любой дурак в школе знает, что директор ненавидит это. По пути замечаю взгляды других учеников. В их глазах светится любопытство, ужас, ликование.

Вокруг меня разворачивается нечто глобальное, но я пока не в курсе, что именно. Пока меня ведут к кабинету директора, даже его секретарша смотрит на меня так, как будто меня ведут на расстрел.

— Садись, — велит директор.

Я сижу на одном из двух стульев, поставленных вдоль стены у стола директора, всего лишь второй раз. Впрочем, не удивлюсь, если половина жвачек, прилепленных под этими стульями, принадлежит Коулу.

Стулья изготовлены из метала и жесткого пластика, и их края болезненно впиваются в ноги. Такое впечатление, что они специально разработаны каким-то садистом-маньяком.

Напротив стола директора стоят мягкие стулья, предназначенные исключительно для взрослых посетителей. Именно на этих стульях сидели мои родители, когда я был здесь в первый раз после того, как подрался с Хантером и Рикки.

Забавно, даже в тот раз я чувствовал себя так, словно сделал что-то не так. Почему я позволяю себе служить грушей для битья на территории школы? Правила довольно ясны…