Подводные асы Третьего Рейха полностью

Фраза, произнесенная первым вахтофицером об открытых клапанах вентиляции цистерны, позволяет понять причины происшествия. На лодках VII серии главный балласт принимался в пять цистерн: № 1 в легком корпусе в кормовой оконечности, № 2 и № 4 в бортовых булях, самая большая, № 3, внутри прочного корпуса в 3-м отсеке и № 5 в легком корпусе в носовой оконечности. Все балластные цистерны, кроме № 1 и № 3, могли использоваться для хранения топлива. Цистерны главного балласта, кроме средней группы, были безкингстонными, управление всеми клапанами вентиляции осуществлялось из центрального поста.

Отдав команду на всплытие, Шепке готовился быстро выскочить на мостик, чтобы осмотреться. Для этого был продут балласт средней группы цистерн (№ 2, № 4 и № 3), и лодка всплыла в позиционное положение, когда над водой находится только рубка. После того, как командир поднялся на мостик, была отдана команда на продувку концевых цистерн № 5 и № 1 для того, чтобы лодка перешла из позиционного в крейсерское положение, когда продут весь балласт, а дизеля готовы к запуску. Но ситуация вышла из-под контроля, так как клапан вентиляции цистерны № 5 оказался открытым то ли из-за технической неисправности, то ли из-за человеческой ошибки, что в результате привело к описанным последствиям.

Вероятнее всего, на случай срочного погружения носовые рули были отвалены, а лодка была на ходу под электромоторами. Поэтому, когда была отдана команда продуть балласт концевых цистерн, была продута только кормовая цистерна, а в носовой цистерне воздух просто выходил через незакрытый клапан вентиляции, который должен был быть закрыт. В результате в носовой цистерне балласт остался не продутым, и лодка, имея ход и дифферент на нос, начинала «зарываться» в воду.

Командир на мостике понял, что что-то идет не так, но времени на выяснение причин не было, и он принял единственно верное решение – захлопнуть рубочный люк во избежание попадания воды в лодку и тем самым спасти корабль от катастрофы фактически ценой своей жизни. Шансов выжить у Шепке было мало, но ему повезло, поскольку в центральном посту быстро поняли причину роста дифферента на нос, закрыли клапана вентиляции носовой цистерны главного балласта и продули ее, вернув лодку на поверхность.

Мостик подлодки VII серии. На фото видны поочередно тумба зенитного перископа, из которой выглядывает его окуляр, тумба UZO для крепления бинокля, открытый рубочный люк и тумба командирского перископа. Именно за нее цеплялся Шепке в момент погружения своей лодки.

Шепке честно вписал в журнал боевых действий U 100 все произошедшее 16 августа:

«09:35. Всплытие. Я находился на мостике, когда лодка внезапно начала погружаться. Я был вынужден броситься к рубочному люку, чтобы закрыть его, так как не успевал спуститься вниз. Лодка, имея ход, продолжала погружаться и исчезала под водой все быстрее и быстрее. Я смог крепко ухватиться за тумбу перископа, причем в тот момент море уже накрыло меня с головой. Это, должно быть, выглядело очень смешно для людей в шлюпках – видеть, как немецкий командир ныряет вместе со своей субмариной. Но лодка начала медленно всплывать».

Однако командующий немецкими подводными силами Карл Дениц после ознакомления с записью в журнале U 100 по окончании ее первого похода юмора своего подчиненного не разделил и наложил резолюцию: «Аварии во время погружения, подобные случаю 16 августа, больше не должны иметь место ни при каких обстоятельствах». Несмотря на то, что Шепке блестяще провел свой первый поход на новой лодке, потопив шесть судов общим тоннажем в 25 812 тонн, он мог глупо погибнуть сам и погубить свою «семерку» вместе с экипажем. Поэтому недовольство командующего вполне объяснимо – боевых лодок для выхода в море у Деница было настолько мало, что для их пересчета хватило бы пальцев на руках. Гибель каждой боевой единицы была бы воспринята крайне болезненно, но наказания Шепке избежал, отделавшись оргвыводами.