Однако Шепке и не помышлял о сдаче. Из-за потери топлива U 100 не смогла запустить дизеля, поэтому пришлось полагаться на электромоторы, которые тоже работали с перебоями. Он отдал приказ дать правым электромотором полный назад, но это была ошибка, так как надо было дать полный вперед, чтобы не допустить столкновения с эсминцем и приготовиться к торпедной атаке. Шепке быстро понял свою ошибку, но время было потеряно – противник быстро приближался. Сначала подводный ас предполагал, что эсминец все-таки проскочит за кормой лодки, но понял, что таран неизбежен. Его последним приказом экипажу стала команда надеть спасательные жилеты и прыгать за борт.
Вот так выглядели носы британских эсминцев после тарана немецких лодок. На фото нос эсминца «Хесперус».
Некоторые из членов экипажа U 100 хотели дать последний бой по собственному почину – несколько человек бросились к зенитке на мостике, чтобы открыть огонь по английскому кораблю. Однако их товарищи криками отговорили смельчаков от такой затеи, аргументируя, что в случае сопротивления англичане не станут их подбирать. Приблизительно в 03:18 нос «Вэнока» врезался в U 100 в районе рубке, сминая все на своем пути. Шепке не повезло: во время тарана он находился на мостике и был почти раздавлен носом эсминца, так как удар пришелся в то место, где стоял подводный ас. После этого подлодка быстро затонула, унеся своего командира на дно Атлантики.
Сразу после этого «Вэнок» начал подбор немцев из воды, приняв на борт шесть человек. Остальным членам команды U 100 не повезло – сразу после начала спасения немцев была обнаружена еще одна подлодка, и «Вэнок» пошёл на помощь «Уокеру» для её уничтожения. Это была U 99 Отто Кречмера, которая вскоре также была потоплена. Момент обнаружения лодки Кречмера сыграл для остальных подводников с U 100 роковую роль – они были оставлены в воде и погибли.
Среди шестерых счастливчиков, спасенных «Вэноком» в ту роковую для U 100 ночь, оказался корветтен-капитан Зигфрид Флистер, ставший единственным офицером с неё, который остался в живых. В момент тарана он находился на мостике рядом с Шепке и выжил чудом. Флистер стоял за командиром, и нос эсминца-ударил между ними, разрубив мостик и разделив собой двух офицеров. Шепке сильно пострадал от удара и был зажат сместившейся тумбой перископа в передней части мостика, после чего ушёл на дно вместе с лодкой без надежды освободиться из ловушки. Флистер же сумел выбраться на поверхность, хотя и был прижат искореженным ограждением мостика, после чего был подобран «Вэноком».
Примечательно, что корветтен-капитан Флистер не входил в экипаж лодки и находился у Шепке в качестве командира-стажера. Согласно заведенным правилам подплава кригсмарине офицер-подводник после прохождения курсов командиров подлодок совершал один поход на боевой субмарине в качестве практиканта, где под руководством опытного командира он проходил практику, прежде чем занять командирскую должность на собственной подлодке.
Сам же Зигфрид Флистер начал службу в рейхсмарине в 1925 году. Его карьера на флоте изначально была связана с небольшими кораблями, на которых он служил минером. В 1938 году Флистер был отправлен на преподавательскую работу в Школу боно-сетевых заграждений и спустя некоторое время стал её начальником. С началом войны в чине капитан-лейтенанта он был переведен на линкор «Шарнхорст» и на нем принимал участие в Норвежской кампании.
Флистер был свидетелем потопления «Шарнхорстом» и «Гнейзенау» британского авианосца «Глориес» и последнего боя его защитников – эсминцев «Ардент» и «Акаста». Любопытно отметить, что этот немецкий офицер был упомянут в мемуарах командира эскорта печально известного конвоя PQ-17 Джоном «Джеки» Брумом, друг которого командовал одним из вышеупомянутых эсминцев и погиб:
